Но будет ли расти навык просто от моих попыток сварить без живы? Или навык появился именно потому, что качество продукта пересекло определенную цифру, которую система посчитала достаточной, чтобы учесть прогресс?
Не знаю, нужно проверить.
Я отхлебнул глоток получившегося отвара. Вкус был по-прежнему неприятным, но не настолько отвратительным, как в первых попытках. И почти сразу я почувствовал, как волна бодрости разливается по телу: эффект был уже заметен. Мыслями вернулся к последней оценке и строке: не лучшая последовательность добавления ингредиентов, значит… то что я сделал лишь одно из возможных сочетаний? Но не лучшее? Это интересно, значит перебирая сочетания можно еще больше поднять качество отвара. Это радовало. Вот только почему система не показывала этого раньше?
Мысленно задал ей этот вопрос, но ответа не получил.
После этого продолжил экспериментировать, вдохновленный открытым навыком. Все-таки когда четко виден прогресс — это мотивирует и подстегивает к действиям.
Сейчас я пытался использовать Дар и… переборщил.
Во время следующей попытки использовать живу, я получил эффект обратный ожидаемому.
Отвар в котелке буквально покрылся зеленой плесенью уже через десять-пятнадцать секунд. Тут и к гадалке не ходи, понятно — отвар испорчен. Вот только в чем дело?
[Недостатки: неоптимальные пропорции, слишком большая концентрация живы. Употребление вредно для здоровья.
Качество: ужасное]
Ясно. Значит, это зелье вообще было испорченным, токсичным и непригодным к употреблению. Что ж, я его и не собирался пить.
Я вздохнул. Значит, слишком много живы тоже плохо.
Хотел сделать одну полноценную порцию отвара для Грэма и передохнуть. Но как назло не мог угадать с порцией живы. Тогда я по какому-то наитию дал нужную дозу, а теперь раз за разом ошибался.
Оценка… оценка… оценка…
Пришло осознание, что раньше чем закончатся ингредиенты, Оценка сожрет все мои силы. Уже накатывала головная боль, а дышать становилось тяжелее. Я чувствовал, что пора заканчивать. Нужно передохнуть, освежить голову.
Уже полностью расслабившись, выпустил живу прямо в котелок.
Через несколько секунд началось: мне показалось, что жива объединяет все эти ингредиенты в что-то более цельное, более совершенное. Над котелком тут же повеяло ароматом свежей мяты и запахом травы.
Получилось, — понял я.
Использовал оценку и… выдохнул от удивления.
Тридцать семь процентов! Но дело даже не в этом, в описании было: «оптимальное количество живы».
В этот раз я попал идеально, и вот насколько это повысило качество отвара.
Быстро перелил получившийся отвар в ту бутылочку, в которой держал Грэм свой старый отвар. Я ее заранее вымыл, оставалось залить отвар и закупорить. Что я и сделал.
Накатило приятное чувство выполненной работы. Пусть отвар пока не идеален, но он уже обладает эффектом восстановления сил и его уже можно дать Грэму. Сейчас он истощен и даже такое может повысить его шансы протянуть чуть дольше, пока я не найду решения для черной хвори. Возможно для этого нужно будет взять на анализ каплю его крови. Надеюсь, Анализ сможет выявить в чем именно заключается проблема и что с ней делать, потому что пока ни Грэм, ни память Элиаса ничего не говорили о том, что такое эта черная хворь.
Но это не сегодня — сегодня сил ни на «Анализ», ни на «Оценку» у меня уже просто не осталось.
Поднялся и потянулся, тело затекло от этой работы. Хотел дать сразу Грэму отвар, но так сразу не мог: как я ему объясню, что у меня всё так хорошо вышло? Я ведь кроме состава ничего не знал. С другой стороны, можно списать на Дар, мол, чувствую, что и как нужно класть и в каких пропорциях…
Нет, надо подумать как сказать, чтобы не вызвать лишних подозрений.
Решил для начала дать просто мятный чай — по себе уже знал, что и он полезен. Быстро заварил две чашки, — одну себе и одну старику, — и пошел в комнату.
Грэм еще спал.
— Дед, — тихо позвал я, приподнимая его голову. — Выпей это.
Грэм открыл глаза, посмотрел на чашку с подозрением.
— Что это?
— Просто травяной чай для восстановления сил.
Он понюхал, кивнул и… одним глотком выпил половину чашки, после чего начал снова засыпать. Все-таки он был еще слишком слаб.
Некоторое время я наблюдал за ним, понимая, что у старика не осталось никого, кроме меня. Нет, похоже сегодня таки надо будет дать ему отвар.
Через несколько минут его дыхание стало глубже и спокойнее. Черные прожилки яда по-прежнему пульсировали по рукам и шее, но не так агрессивно, как вчера — слабое противоядие Хабена все-таки помогло и тот кризис миновал, но черная хворь была на месте.