Я смотрел на эти лица — усталые, измученные, но живые. По-настоящему живые. Каждый день они рисковали жизнью, каждый вечер возвращались домой с добычей или с пустыми руками. Никто из них не знал, что принесет завтрашний день.
Память Элиаса подсказывала, что он практически не интересовался этой стороной жизни поселка. Для него это был просто фон, декорация — его интересовали только возможности украсть что-то ценное или найти способ избежать работы.
А я смотрел и видел систему, экономику, социальную структуру.
Внизу пирамиды — обычные люди: крестьяне, ремесленники, сборщики трав. Те, у кого нет Дара, но есть трудолюбие и желание выжить. Они собирают обычные растения, обрабатывают землю, ловят рыбу, рубят дрова. Зарабатывают медяки и серебряные гроши.
Выше — одарённые низкого ранга: слабые охотники, посредственные травники, начинающие алхимики, лекари. Они рискуют больше, уходят глубже в лес, или постоянно варят зелья, повышая свои навыки, и зарабатывают больше. Серебряные монеты уже для них реальность, а не мечта.
Ещё выше — сильные охотники, опытные травники, мастера-алхимики. Те, кто может позволить себе нанять помощников, купить качественное снаряжение, торговать напрямую с гильдиями. Для них счёт идёт на золотые.
И на самом верху — представители гильдий, богатые купцы, дворяне. Те, кто не рискует жизнью, но контролирует поток денег и ресурсов.
Грэм когда-то был где-то посередине этой пирамиды: сильный охотник, не богатый, но и не нищий. Уважаемый.
Но созерцание пришлось прервать: солнце уже почти скрылось за горизонтом, а у меня оставались дела, которые нужно было закончить при свете дня.
Так быстро как сейчас, я никогда не бегал. Нужно было успеть всё, и быстро. Сборщики трав уже покидали Кромку, а я туда мчался, чтобы откопать корни железного дуба — нужно было успеть всё собрать до темноты. Вернулся к тому же дереву, и отрезал сразу несколько корней. В ответ на это оно выпустило даже иглы, но я на это не обратил внимания. Помчался к лугам, за травой и мятой. И то, и другое быстро срезал и вернулся домой. Быстро замочил их в воде, оставил корзину, подхватил сумку и… ведра.
Вода закончилась — я слишком много потратил на варку.
Оказывается, если очень надо, то можно найти силы даже на такой рывок, после такого насыщенного дня. Понимание, что я ничего не могу сделать для этого чертового долга было… неприятным.
У реки прогуливалась молодежь, но, честно говоря, сейчас бы меня не остановил даже Гарт. Я быстро нашел камни, где в прошлый раз взял мох, осторожно снял целый слой и положил в немного влажную тряпку, которую намочил в воде и рванул обратно.
Солнце садилось очень быстро. Поток людей из Кромки почти иссяк, потому что почти все вернулись в поселок.
Ведро было по прежнему таким же тяжелым, но оно было одним. Поэтому нес я его попеременно, меняя руки.
Когда моя нога ступила на порог дома, наступили сумерки. Шлепа белым пятном ходил по двору, выполняя свою привычную роль охранника.
— Фуф… — выдохнул я внутри дома.
Заглянул к Грэму. Он спал, поэтому его я не трогал. Пусть спит.
Самому страшно хотелось есть, но в этот раз я не делал никакого супа. Просто сварил те самые корнеплоды, которые напоминали земную картошку и вот так, без ничего, съел.
После этого минут десять я просто сидел, уставившись на стол. Вот теперь спешить было нельзя. Варить нужно медленно и сосредоточенно, иначе просто испорчу ингредиенты. Нашел у Грэма в шкафу дюжину грязных бутылочек для зелий, каждую тщательно вымыл и поставил перед собой на стол. Семь штук.
— Пора… — сказал я сам себе и начал.
Сегодня больше не экспериментировал. Делал то, что работало. Пока меня устроят и пятьдесят процентов.
На оценку не было сил. Вообще. Я ориентировался только на свой нюх, глаз и наблюдательность.
Когда я варил четвертый отвар, я просто отключился, сидя на стуле. Когда очнулся, отвар был безвозвратно испорчен.
Я продолжил. В этот раз заставлял себя держаться. Не спать. Варить. Внимательно.
К сожалению, глаза предательски слипались и я пропустил момент, когда отвар приготовился, и его нужно было снять с огня. Получилось бурда. Я даже без использования, оценки, это мог понять.
Как бы я не злился на самого себя, тело просто начало отключаться в самые неподходящие моменты.
Ну а следующий отвар просто испортился и я даже не осознал почему. Просто смотрел на коричневую жижу и не знал, что с ней делать.