Повисло молчание.
— Это что-то вроде мертвой живы? — спросил я.
— Думаю да…
— А никто не боится, что со временем все древа погибнут? — спросил я, — Если ты говоришь, что их раньше было меньше…
Грэм отмахнулся.
— Так говорили еще в прошлое поколение охотников, и до них… Нет, Зеленое Море само борется, а иногда появляются и новые Древа Живы. Это часть природы, просто которую мы не понимаем.
Не знаю почему, но у меня было ощущение, что не всё так гладко, как говорил Грэм.
— Ладно, — повернулся он ко мне, — Надеюсь девочке Трана поможет мой топор, а вот у нас…
Он выразительно взглянул на остатки еды на столе. Я понял, что он хочет перевести тему с тех мест, того похода, на что-то бытовое.
— У нас почти не осталось еды. — констатировал Грэм. — Вот и пригодятся твои отвары.
Он достал из кармана три бутылочки с теми самыми отварами, которые я сварил чуть ли не засыпая.
— Ты же сказал, что их ценность… невелика.
— Может и невелика, но если они хотя бы такого качества как тот, которым ты меня напоил, то кое-что выручить за них я смогу.
Грэм вышел наружу, где грозно восседал Шлепа, который во время разговора не высовывался.
— Умная птица. — сказал Грэм, — Этот кусок говна, если бы увидел Шлепу, захотел бы его себе. Приручить.
Гусь поднялся и поковылял к деду. Старик потрепал его по голове, а я снова посмотрел на его металлический подпушек, который виднелся под белыми перьями.
— Идешь со мной, — кинул мне Грэм и пошел, — Сегодня познакомишься с Морной, потому что второй раз я так далеко просто не дойду. Будешь сам относить ей отвары.
— А кто это?
— Знахарка, живущая в Кромке. Отшельница. — ответил Грэм и взял в руку небольшой топор.
— На всякий случай. — добавил он.
После взял в руку крепкую палку из пристройки и… пошел, тяжело опираясь на нее.
— Че застыл, пошли.
— Может, я сам к ней схожу? — спросил я, — Ты сейчас не в лучшем состоянии.
— Если ты пойдешь один, она может тебя и прибить. — хмыкнул Грэм. — Она же тебя не знает.
Это было правдой, воспоминания Элиаса не отзывались на это странное имя. Вот только я видел как тяжело Грэму и тоже взял палку.
— Может выпьешь один отвар? — предложил я ему.
— Вернемся, сваришь и я выпью. А эти уйдут Морне.
Я догнал Грэма и пошел рядом. Медленно-медленно. В такт его скорости.
— Теперь с палкой… как настоящий старик. — с омерзением сказал он, глядя на палку, которая с каждым шагом глубоко вдавливалась в землю.
С ним было бесполезно спорить, я это понимал. Если он решил в таком состоянии идти куда-то в Кромку, то пойдет. Точно так же, как когда-то пошел к Чернотропам, не побоявшись опасности. Не знаю почему он решил продать мои отвары какой-то отшельнице, а не местным травникам, то ли потому что был им должен, а я об этом не знал, то ли в теперешнем своем настроении он вообще не хотел иметь дела ни с кем из них. Скоро узнаю.
Глава 21
Мы шли прочь от поселка, и с каждым шагом привычные очертания деревянных домов и частоколов оставались всё дальше позади. Дорога вела в сторону противоположную той, которой я обычно ходил к Кромке за ингредиентами. Здесь тропа забирала левее, огибая редкие заросли кустарника и плавно поднимаясь на невысокий холм, с которого были видны две дороги, ведущие от поселка к городу, туда, вдаль.
Грэм шёл медленно, опираясь на свою палку с такой силой, что та вдавливалась в землю на добрый палец с каждым шагом. Пот выступил у него на лбу уже через первые сто шагов, а дыхание стало хриплым, прерывистым.
Я несколько раз хотел подойти к нему, предложить помощь, но старик каждый раз одергивал меня:
— Сам дойду! Не превращай меня в калеку раньше времени.
Спорить было бесполезно, да и, честно говоря, я понимал его: для человека, который всю жизнь был сильным и привык полагаться только на себя, принимать помощь — это почти унижение. Особенно сейчас, когда он только что отдал своё оружие.
Поэтому я просто шёл рядом, готовый подхватить, если понадобится, но не навязывая свою помощь.
Странно, но движение, казалось, пошло Грэму на пользу. Лицо, которое с утра было бледным и осунувшимся, понемногу обретало более здоровый цвет. Дыхание становилось ровнее. Даже черные прожилки яда на руках и шее перестали так интенсивно пульсировать. Или же всё дело в том, что тут банально больше живы и его тело начало ее впитывать. Если всё так (а это совершенно логично, учитывая природу его болезни), то ему точно нужно побольше сидеть у Кромки. Хотя бы возле нашего дома, вместо того, чтобы лежать. Думаю, он и сам это знает.