Я выдохнул и положил сорванный цветок на дерево. Я вдруг подумал, что, возможно, лес знает о моём существовании. Возможно, он почувствовал, как я пробудил свой Дар Симбионта у корня Древа Живы. Возможно, он каким-то образом наблюдает за мной? Мысль об этом заставила вспомнить вещь, о которой я так и не спросил у Грэма.
Олень.
— Дед, — осторожно начал я, сев обратно на дерево, — Помнишь, как я тащил тебя из леса?
— Помню-помню… смутно, конечно… — ответил он, глядя на поля по ту сторону дороги, которую можно было увидеть еще из Кромки.
— Я тогда видел странное существо. Всё забывал спросить про него.
— Вот как? И что за существо? — повернул он ко мне голову.
— Олень. Огромный, с рогами из дерева, как ветви деревьев с листьями, и на его теле, будто покрытом мхом, были золотые символы, похожие на те, что я видел на коре корня Древа Живы.
Грэм молчал долго. Очень долго. Я видел, как он обдумывает услышанное, взвешивая слова.
— Если ты видел именно то, что описал, то это — Страж Кромки, — наконец произнёс он тихо, почти с благоговением.
— Кто? — переспросил я.
— Страж Кромки, — повторил Грэм и посмотрел на меня. — Это… существо, которое можно встретить раз в жизни. А можно и не встретить вовсе. Я сам видел его лишь однажды, когда мне было лет двадцать. Тогда он был в другом обличье, не олень, а… волк. Гигантский волк с такими же золотыми символами на шкуре… никогда не забуду этот момент. Его золотые глаза словно заглянули в мою душу.
А ведь я ощутил то же самое! Тоже почувствовал, как глаза оленя просканировали меня.
Грэм вздохнул.
— Никто толком не знает, что это такое. Но все старые охотники сходятся в одном: это часть леса и Древ Живы. Они как будто проросли в него, дали ему жизнь и форму. Золотые символы — те же, что вьются по стволам Древ — это узоры живы. И на этих существах они такие же. Некоторые алхимики, правда, говорят, что это какой-то древний язык, древняя магия, но по-моему они несут полную чушь. Им лишь бы дать объяснения тому, что в объяснениях не нуждается.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Значит, моя догадка была верной. Это существо действительно было продолжением Древа.
— А почему «страж»? — спросил я. — Он охраняет лес от людей?
Грэм неожиданно коротко и сухо рассмеялся.
— Наоборот, Элиас, наоборот — он охраняет людей от леса.
Я не понял.
— Как это?
— Кромка, — объяснил Грэм, — она потому и называется Кромкой, что относительно безопасна. Да, есть мелкие твари, пауки, слабые монстры. Но ничего по-настоящему опасного туда не приходит. Никогда. Почему, как ты думаешь?
Я задумался. Действительно, почему? Логично было бы ожидать, что опасные хищники из глубин леса заходили бы на Кромку в поисках лёгкой добычи — сборщиков трав или тех же охотников-новичков, но этого не происходило. И все принимали это как должное.
— Страж? — предположил я.
— Именно, — кивнул Грэм. — Страж не пускает их. Он патрулирует границу, невидимую для нас, но существующую для обитателей леса. Всё, что по-настоящему опасно, например древние твари или заражённые гнилью существа, никогда не пересекают эту черту — не могут или не хотят, не знаю. Но похоже, страх перед Стражем вбит в них намертво.
Я сидел, переваривая услышанное. Получалось, что этот олень… защитил меня? Не дал чему-то последовать за мной из глубин леса?
— А что, — медленно спросил я, — если за мной действительно кто-то шёл, когда я тащил тебя? Кто-то опасный. И Страж его отпугнул.
Грэм внимательно посмотрел на меня.
— Вполне возможно. Мы были близко к корню Древа Живы, а там всегда полно хищников, привлеченных концентрацией живы. Волки были не единственной опасностью, могло быть что-то и похуже. А ты еще и Дар пробудил, это могло стать для кого-то как факелом ночью. — Он покачал головой. — Если это так, если тебя и….меня спас страж Кромки, то нам… или… скорее тебе, повезло. Очень повезло.
Я кивнул, но в голове роились мысли.
Страж… Существо, созданное лесом для защиты границы. Не людей от леса, а леса от людей? Странно, но зачем это ему?
Это укладывалось в мою теорию о Зеленом Море как о гигантской, полуразумной экосистеме. Страж был её «рукой», её проявлением. Он не просто зверь, пусть и магический, он — часть чего-то большего. Часть Древа.