Я застыл, помня фразу старика о том, что если лес «затаил дыхание», то это… нехорошо и не важно, что это, безопасная, Кромка. Лес есть лес.
Медленно опустил руку к рукояти кинжала и вынул его — так стало чуть спокойнее. А глаза искали опасность всюду.
Осматривал всё вокруг: деревья, кусты, землю под ногами. Каждую секунду искал источник опасности, но ничего не видел. Никакого движения, никаких подозрительных теней.
Я продолжал двигаться, стараясь не паниковать.
Шаг. Ещё шаг. Ещё…
И тут я совершил ошибку: я смотрел по сторонам, под ноги, вперёд и назад… Но я забыл посмотреть наверх.
Краем глаза я заметил движение — что-то зелёное, стремительное, падающее сверху. Рефлексы сработали раньше разума: я отшатнулся в сторону, пытаясь увернуться…
Но было слишком поздно.
Что-то гибкое, сильное и живое быстро обвилось вокруг моей шеи. Лиана? Или какая-то тварь?
Вот дерьмо!
Глава 10
Я схватился обеими руками за то, что душило меня, пытаясь разорвать зеленую удавку голой силой. Под пальцами я ощутил гладкую, влажную поверхность, покрытую мелкими шипами, которые впивались в кожу ладоней. Точно лиана!
Она была толщиной с большой палец, но невероятно прочной — словно сплетённая из стальных тросов.
Мышцы рук напряглись до предела, ногти впились в жесткую поверхность растения, но оно не поддавалось. Более того, оно продолжало сжиматься, словно питон, почувствовавший добычу.
Тварь! Да отпусти ты!
Я попытался ее разорвать, но куда там! Острые волоски на поверхности лианы были словно крошечные иглы и впивались в руки и в шею при каждом движении. Паника внутри нарастала с каждой секундой. Я чувствовал, как мир начинает плыть перед глазами.
Черт! Черт! ЧЕРТ!
Жива! Мне нужно усилить мышцы! Почему я туплю?
В то же мгновение я направил энергию из духовного корня в руки, и почувствовал как они наливаются силой. Жива хлынула в мышцы руки и пальцы, делая их в несколько раз сильнее. Я рывком оттянул лиану от шеи на несколько сантиметров, жадно глотнул воздух и продолжил растягивать эту тварь.
Но облегчение длилось секунду: едва я ослабил хватку в одном месте, как лиана тут же сместилась и сжалась в другом. Я тратил живу, но этого было мало.
Кинжал! У меня же есть кинжал!
Вот только как его взять? Обе руки сейчас дают мне возможность дышать, но если я освобожу одну руку и попытаюсь взять кинжал, то всё — мне конец. Она сразу обовьется несколькими кольцами вокруг и задушит.
И к тому же даже если получится выхватить, то как его использовать? Лиана обвилась вокруг моей шеи так плотно, что любая попытка ударить по ней означала бы нанести рану себе. Одно неловкое движение — и я сам перережу себе горло.
Боль на шее усилилась. Я чувствовал, как кожа вздувается волдырями там, где лиана оставляла свои метки. Едкий сок разъедал плоть, и каждое движение твари только ухудшало ситуацию.
Семьдесят восемь лет прожил, чтобы сдохнуть от какого-то сорняка-переростка!
Злость придала сил: я снова рванул лиану и направил живу в руки. Удалось оттянуть её на пару сантиметров — и она вновь перехватила горло, только теперь ещё и обвилась вокруг моего запястья, пытаясь обездвижить руку.
Едва я сосредоточился на одном участке лианы (и она ослабла там), как тут же с удвоенной силой та сжалась в другом месте, чуть выше. Она перетекала, ускользая от моей хватки.
Не реагировать на боль! Поглощение! Надо истощить эту тварь! Если я могу высасывать энергию из сорняков в саду, почему бы не попробовать это здесь? Лишить эту дрянь сил, заставить её ослабнуть, отпустить… Она такой же сорняк, просто большой и сильный.
Я пытался поглотить лиану без использования Дара Симбионта — просто направляя волю и пытаясь вытянуть жизненную энергию из растения. Но ничего не происходило — связь не устанавливалась. Лиана оставалась чужеродной и непроницаемой для моих попыток. Ладно, значит Дар, выбора нет. Не хотел использовать на этой твари.
Через секунду я использовал Дар. Связь установилась мгновенно, но не мягко (как это было с мятой или другими растениями), а грубо и насильственно, словно я опустил руку в кипящую воду.
Мгновенно мой разум был захлестнут волной чужого враждебного сознания, в котором не было никаких мыслей и эмоций в привычном понимании — только инстинкты и повторяющаяся снова и снова мысль: «Сжать. Убить. Выпить. Вырасти. Сжать. Убить. Выпить. Вырасти.»
Это мутант. — понял я. — Растение, которое получило слишком много живы и превратилось в нечто, в хищника. Это была тварь, которая больше не довольствовалась водой, солнечным светом и минералами из почвы — ей нужна была кровь, плоть и жизненная сила других существ. И ей нужна была моя жизнь.