Лиана сопротивлялась моему вторжению, её воля давила на мою, пытаясь выбросить меня из своего сознания, но у меня не было выбора. Я должен как-то усмирить эту тварь, ослабить ее хватку и заставить себя выпустить. Какое там вытянуть живу! Я не могу пробиться сквозь эту стену воли!
Я послал мысленную команду «отпусти».
И наткнулся на чужую волю.
Отпусти!
Лиана продолжала меня сжимать, а я — сопротивляться. Несколько попыток, высосать, живу окончились ничем.
Хватка на шее усилилась, и боль стала невыносимой.
В этот же момент я понял кое-что важное: мой Дар был слишком слаб для такого противника, ведь я тренировался на послушных садовых растениях, на благодарных кустиках мяты, на сорняках, которые даже не понимали, что происходит и позволяли высасывать из себя живу, не в силах дать отпор. А это было совсем другое… Это растение сражалось, давило на моё сознание, пытаясь вытеснить меня из связи, которую я сам же и установил. Его воля была простой, но невероятно концентрированной — как таран, который бьёт в одну точку снова и снова. УБИТЬ. УБИТЬ. УБИТЬ. И это давало ей преимущество. Я был не готов к такому.
Моя воля была рассеяннее, человечнее, а потому слабее в прямом столкновении. Я думал о слишком многом: о боли в шее, о нехватке воздуха, о Грэме, который ждёт дома, о долгах, о чёрной хвори…
Чертовы мысли не давали покоя, мешали собраться!
Сосредоточься, давай!
Ничего сложного! Эта тварь тупая как пробка, нужно просто сделать то же самое, что и она. Надо просто давить на нее так же, как она давит на тебя!
Я мысленно выстроил стену — не физическую, конечно, но ментальный образ, за которым можно было укрыться от давящей воли твари. От ее тупой однообразной мысли, убить, Я отгородился — провёл черту между собой и чужим сознанием. Вот она, а вот я. Сюда не суйся.
Это дало мне короткую передышку, за которую я успел выбросить прочь лишнии мысли и сконцентрироваться на главном, на атаке, потому что в защите не победить. Я чувствовал как воля твари пытается проникнуть и обойти стену, но я держал крепко.
Теперь моя очередь.
Отпусти! — Я снова послал мысленный приказ. Но на этот раз это были не слова, а скорее мощный образ-импульс. Я приказывал разжать хватку и отпустить добычу.
Лоза дёрнулась и сжалась ещё сильнее. Она сопротивлялась.
НЕТ.
Ответ пришёл не словами, а волной отрицания и упрямого, тупого сопротивления. Тварь не собиралась отпускать то, что уже почти поймала.
Я понял, что моему приказу чего-то не хватает. Воли, живы — всего этого вместе.
ОТПУСТИ!
На этот раз я вложил в приказ всю свою волю и живу — всё, что у меня было.
Странное ощущение: на мгновение я стал растением. Почувствовал себя лозой, ощутил свои… её… витки на чьей-то шее. Своей шее.
Я снова отдал приказ.
ОТПУСТИ!
Четкий приказ без двусмысленностей, которого она должна слушаться, потому что слабее, потому что растение, а не человек.
ОТПУСТИ!
Лиана дёрнулась, но одна петля немного ослабла.
ЕЩЕ! ОТПУСТИ!
Петля ослабла еще больше.
Я почувствовал, как в лёгкие ворвался воздух и сделал жадный, болезненный вдох.
ЕЩЕ!
Медленно и неохотно, миллиметр за миллиметром лоза начала отпускать мою шею — она подчинялась! Я ощутил ее замешательство и непонимание, и продолжал давить. Кроме этого одного, мощного приказа были еще десятки помельче, которыми я безостановочно атаковал чужую «волю». Я сам превратился в сгусток напирающей на врага Воли, который хотел одного — жить. И сейчас моя жажда жизни была сильнее, чем ее желание убить меня.
ОТПУСТИ. ПОЛНОСТЬЮ. СЕЙЧАС.
Последний виток лианы соскользнул с моей шеи. Она, словно обычная верёвка, безвольно упала на землю. Будто секунду назад не она пыталась меня убить.
Но я чувствовал её через связь — она всё ещё хотела убить меня и жаждала моей крови, хоть это желание сильно ослабло. Но больше атаковать лиана не могла — моя воля держала её как железные тиски.
Связь между нами не разрывалась и это было странно.
Я понял, что еще не всё окончено и она не сломлена.
ПОДЧИНИСЬ! — мысленно приказал я, и в ту же секунду лиана дернулась, как от невидимого удара. Я давил ее, чувствуя, что она ослабела. Сейчас нужно дожать.