Вместо ответа старик вывел меня на улицу и указал на виднеющееся далеко вдали огромное Древо Живы.
— Столица построена вокруг потухшего Древа Живы. Такого же огромного как-то, на которое я показываю.
Я мысленно присвистнул, а потом спросил:
— Потухшего? Не мертвого?
Грэм покачал головой.
— Нет, я не оговорился — это не Чернодрево. Это… другое — Потухшее Древо. В нём нет вообще никакой живы, но оно не гниёт и не разрушается. Огромное и совершенно пустое, оно просто стоит.
Он замолчал, глядя на Древо.
— Я был в столице лишь раз, — продолжил он. — Давно, ещё молодым. Но никогда не забуду это зрелище. Представь себе Древо Живы и город, раскинувшийся у его подножия. Улицы помещающиеся между его корнями, площади, и серебристо-белый ствол без единого листа вздымающийся до неба. В этом что-то есть, что-то вечное.
— И никто не знает, почему оно потухло? — спросил я.
— Нет, но все ждут, что оно однажды проснется.
Он снова вздохнул, уже как-то по-настоящему грустно.
— Ладно, что-то я разболтался. Воспоминания… пойду-ка лучше сорняки полоть.
И ушел.
А я стоял и смотрел на древо, представляя себе город у его подножия. Да уж, на это стоит посмотреть. Но сначала грибы.
Я вернулся в дом и сел за стол. Было время подумать, так что я вызвал перед внутренним взором рецепт зелья, который узнал благодаря Анализу.
[Большой Эликсир Восстановления
Качество исходного образца: Отличное (78 %)
Ингредиенты: Корень Королевского Живокоста, пыльца Звёздного Папоротника, кристаллизованная Роса Рассветных Трав, листья Сияющего Плюща.]
Да уж, ингредиенты непростые. Но ничего невозможного.
Солнце клонилось к закату, когда Гарт устроился на поваленном стволе у самого края Кромки. Это было его любимое место: достаточно далеко от поселка, чтобы никто не мешал, но достаточно близко, чтобы не беспокоиться об опасностях из глубины леса.
Рядом с ним на траве сидел Малк — жилистый парень с короткими тёмными волосами и вечно настороженным взглядом. Он был из семьи охотников, младший сын, и сам собирался стать охотником, когда его Дар достаточно окрепнет.
— Ну что, — спросил Гарт, не глядя на приятеля, — Проник внутрь дома?
Малк отрицательно покачал головой.
— Гарт, я сразу сказал, что никуда проникать не буду. Если б дверь была открыта, заглянул бы, но не более.
— Пффф… — фыркнул Гарт, — Тоже мне.
— Так что во-первых, дом был закрыт, а во-вторых, там какой-то бешеный гусь. Успел только заглянуть внутрь — и всё.
— Да… есть такой гусь. — зло процедил Гарт, но не из-за гуся, а из-за воспоминания о том, как Грэм его отделал, когда он этого гуся отшвырнул.
Это было позором, который, благо, никто не видел, кроме Элиаса.
— Да он еще и шум такой поднял, что слышно было на всю округу. Я быстро свалил — мне лишние проблемы не нужны.
— Ты увидел, что внутри?
— Похоже, Элиас пытается варить отвары, как ты и говорил. На столе я видел ступки, сушёные травы, какие-то бутылочки… — Малк пожал плечами. — Выглядит как нищебродская алхимия. Не знаю, почему тебя это вообще волнует — ну варит и варит. Тебе-то что?
Гарт задумчиво кивнул. Значит, слухи частично подтверждались. Элиас действительно пытался что-то делать: варить, продавать, зарабатывать… Может у него открылся Дар травника? Или алхимика? Да нет. Так поздно Дар не может появиться.
— А что с садом?
— Сад они привели в порядок, — ответил Малк. — Но выращивают там какую-то ерунду: мяту, восстанавливающую траву… обычные растения, которые ничего не стоят. Ни одного ценного экземпляра. Глупость какая-то. Всё это можно нарвать на лугах.
— А за Элиасом проследить сумел?
На это Малк только фыркнул.
— Как нечего делать. Он пошел собирать грибы.
Гарт не сдержал удивленного смешка.
— Грибы?
— Да, самые обычные. Даже вглубь не заходил.
— Ну конечно не заходил, — Гарт презрительно скривился. — Он же трус, боится собственной тени. Его раньше в Кромку и силой невозможно было загнать, а тут смотри, даже ходит туда, куда и дети ходят.
И засмеялся.
— В общем, ничего такого я не заметил. Ну пособирал грибы. Пару раз я, правда, терял его из виду, но вернулся он с полной корзиной грибов. Наверное денег совсем у них не осталось, раз на грибы перешли. — заметил Малк.
— А почему ты не порвал все растения в саду, раз уж был там? — вдруг спросил Гарт. — Это заняло бы всего-ничего.
Малк посмотрел на него долгим взглядом.
— Я согласился для тебя последить за Элиасом, — сказал он ровным голосом. — Но такой ерундой заниматься не буду.
— Почему?
— Потому что Грэм — старый охотник, — ответил Малк. — Пусть странный и болеющий, но охотник. Мастер. Портить его сад — это неуважение. Охотники таким не занимаются. Я вообще уже десять раз пожалел, что согласился тебе помочь.
Гарт открыл было рот, чтобы возразить, но Малк продолжил:
— И вообще, — Малк поднялся и посмотрел на Гарта, — Возможно, слухи о том, что у Элиаса пробудился Дар, не такие уж слухи.
— С чего ты взял? — Гарт нахмурился.
— Видел, как он двигается в Кромке, — Малк пожал плечами. — Очень осторожно и внимательно, а не как раньше. Что-то в нём изменилось. Да и сам он как будто стал… плотнее. А ты сам знаешь, когда люди «прибавляют в теле».
— После пробуждения Дара. — ответил Гарт.
— Именно. Я думаю, что у него пробудился Дар травника или алхимика, и он самостоятельно пытается научиться им пользоваться. Не понимаю, зачем тебе вообще сдался этот Элиас. Вы вроде бы прекратили общение.
— Не твое тело, — отрезал Гарт.
— Не мое так не мое. — равнодушно ответил Малк, — Но занялся бы ты делом, вместо этих детских игр.
И ушел.
А Гарт остался сидеть на поваленном стволе и смотрел в сторону дома Грэма.
Проблема была в том, что он просто не мог оставить их в покое — не мог и всё. Это было как заноза под кожей, которая раздражала, болела, и не давала забыть о себе. У него было смутное, но настойчивое чувство, что Элиас и Грэм как-нибудь выкрутятся, расплатятся с долгами и выживут.
И если слова про Дар Элиаса правда…
Гарт сглотнул.
Если Элиас станет Одарённым — всё изменится. Все те вещи, которые Гарт знал о нём, все те делишки, в которых они вместе участвовали… В статусе бесправного пустоцвета Элиас ничего не мог сделать. Да, сейчас у него репутация хуже некуда, но и он еще несовершеннолетний, да и его особо не трогают пока дед жив. Но если за несколько лет он научится алхимии и станет полезным в поселке, что тогда? Вдруг он сумеет исправить свою репутацию?
А Гарт помнил старого Элиаса: мелочного, злопамятного, трусливого, но при этом хитрого. Такой точно затаил обиду и ждёт возможности отомстить. А если он получит силу… то обязательно отомстит! Он будет пытаться разрушить репутацию Гарта и на это намекнул на последней их встрече. И если у него появится возможность, он обязательно это сделает, потому что была еще и Эйра, от которой он без ума. Раньше, без Дара, он и сам понимал, что у него нет никаких шансов, но теперь он небось возомнит, что всё изменилось, и что нужно всего-лишь разрушить репутацию Гарта, чтобы занять его же место возле нее.
Гарт сплюнул.
Всё очень просто: если он пытается восстановить сад и варить отвары, значит считает, что таким образом сможет выплатить долги. Выходит… нужно лишить его такой возможности. Вот и всё. С долгами он еще долго не будет думать о Гарте. Кроме того, лучше вообще самому не «светить» вблизи него.
И тут ему в голову пришла мысль: а зачем вообще трогать эти растения, если есть решение получше. Зачем уничтожать огород? Тут Малк прав, не нужно заниматься мелочевкой, ведь можно окончательно похоронить репутацию Элиаса.
Недавно на дальней окраине Кромки, он пересекался с одним странным типом, гнилодарцем — одним из тех изгоев, которые жили в своей деревне за пределами поселка. У него был необычный Дар — что-то связанное с насекомыми или с плесенью, Гарт не запомнил точно. Но он запомнил другое: гнилодарец был готов на многое за деньги и какие-то эликсиры. А уж это для Гарта не проблема. Достанет, что требуется. Всего то и нужно, что сделать пару раз так, чтобы гнилодарца видели с Элиасом возле дома и чтобы тот что-то ему передавал, а Гарту, всего лишь проходить поблизости с каким-то «достойным» Охотником, который подтвердит всё это. Уж после этого словам Элиаса никогда никто не поверит, чтобы он ни говорил. Про него будут говорить только что он ведет темные делишки с гнилодарцами.
Эта мысль настолько понравилась Гарту, что его настроение резко поползло вверх.