Я вздохнул. Ладно, пока мне будет достаточно опосредованного влияния на грибы через создание благоприятных условий, а большего и не надо.
Я открыл глаза и обнаружил, что прошло гораздо больше времени, чем мне казалось. Солнце уже почти село, и сад погрузился в сумерки.
А пеплогриб… Пеплогриб уже прочно врос в древесину. Тонкая сеть мицелия покрывала поверхность куска, уходя вглубь. Я провёл быстрый Анализ.
[Объект: Пеплогриб (развивающийся мицелий)
Состояние: Активный рост. Укоренение прошло успешно.
Прогноз: первые плодовые тела появятся через 5–7 дней.]
Много ли это времени или мало? Я был уверен, что можно ускорить этот рост, нужно только найти подходящие растительные «добавки». Но это уже мелочи: главное, что гриб вполне принял ту «почву», которую я ему дал и начал рост. Хотя нет, самое главное — чтобы он в принципе оказался эффективен против черной хвори. А то я уже развел тут кипучую деятельность, а потом окажется, что зря. Ничего, скоро выясню, а пока…посадка.
Воодушевленный успешным укоренением, я взял ещё один пеплогриб, разорвал его на несколько частей и начал рассаживать их по разным участкам древесины. Каждый кусочек я щедро поливал остатками восстанавливающего отвара.
Работа увлекла меня полностью. Мысли о Шипящем, о Гиблых, о грозящих опасностях и даже о Морне отступили куда-то на задний план. Сейчас был только я, грибы и тихое удовлетворение от того, что делаю что-то полезное.
Когда с пеплогрибами было покончено, я переключился на спорник. Насыпал в подготовленную яму слой увлажненной земли, добавил сухих листьев мяты (они у меня уже появились благодаря Седому, который обгрызал их, и так и бросал), а затем и других засохших растений из сада и всё это обильно смочил восстанавливающим отваром. Получилась эдакая питательная «каша», в которую я положил кусок спорника и прикоснулся к нему Даром.
И вот тут начались проблемы: спорник сопротивлялся. Он каким-то образом «обрывал» мой контакт и попытку с помощью Дара наблюдать за его жизнью. То, что с пеплогрибом вышло легко, тут просто не получалось.
— Хорошо, тогда поступим по-другому.
Я не могу направлять живу в гриб, это очевидно, но можно попытаться «насытить» эту кашу. Первая попытка закончилась неудачей, вторая тоже. Моей живе нужен был «живой» организм, который бы ее принял: это Древа Живы выпускали живинки, которые существовали и вне его, а я так не мог. Однако даже такое «выпускание» живы не могло пройти бесследно: что-то задерживалось в «каше» вокруг гриба и тот это почувствовал. Я видел как он выпустил первые нити мицелия.
Да, он каким-то образом успевал чуть ухватить остатки живы прежде чем она рассасывалась в воздухе. Вот только этого было мало. Я использовал Оценку и понял, что гриб не укоренился и шанс его гибели слишком высок. В итоге мне пришлось потратить почти двадцать минут времени и почти три единицы живы, чтобы косвенно воздействовать на гриб, который за это время пустил десятки нитей мицелия. Только после этого я успокоился.
Вся эта спешка из-за того, что хотелось всё и сразу, а времени не было.
Спорников я посадил четыре штуки, и Анализ показал, что все они укоренились, дальше оставалось наблюдать за ними и подкармливать. Я был доволен, несмотря на то, что воздействовать на грибы пока не мог.
Желудок напомнил о себе громким урчанием. Я понял, что не ел с самого утра, но решил подождать Грэма, нехорошо садиться за еду одному, когда он ходит по делам. Ну а мне нужно было закончить со своими делами.
Я вытащил из корзины растения, которые принёс из леса (пастушью слезу, чистец лесной и мшанку), выкопал для них небольшие лунки в дальнем углу сада и принялся за посадку. Первой была пастушья слеза: я прикоснулся к ней Даром и сразу наладил «связь» — ощутил растение живым, испуганным пересадкой, но готовым к росту. И никакого сопротивления или холодного равнодушия, как я ощутил у гриба. Пастушья слеза жадно впитывала живу и я чувствовал как она расправляла корни в новой почве.
— Совсем другое дело, — довольно произнес я, глядя на то, как она распрямилась.
Потом пришла очередь чистеца и мшанки. Оба растения откликнулись мгновенно и после мучений со спорником, работа с обычными растениями казалась легкой и приятной. Теперь я ощутил, что Дар создан именно для этого — для работы с растениями, а не с грибами. Тут он раскрывался во всей красе.