Вчера пришлось отложить закалку, так как варить такое количество отваров и одновременно терпеть жгучую боль от едкого сока было бы слишком даже для меня.
Я мысленно взглянул на текущий уровень закалки.
[Закалка кожи (Начальный уровень): 87%]
До предела оставалось совсем немного. Голова и… другие места. Я уже знал, что и к следующим этапам закалки можно было переходить не завершая полностью предыдущий, правда, тогда бы оставались уязвимые зоны. Но по словам Грэма далеко не все Охотники проходили полную закалку, им хватало только тех частей, которые закалил я. И именно их они повторно закаливали более едкими веществами. По такому пути собирался идти и я, потому что если решусь закалять всё, то просто выпаду из жизни на несколько дней, а сейчас это неприемлемо. У меня каждый день на счету.
Я поднялся с крыльца и посмотрел на четыре корзины, выстроенные у стены. Две заплечных — мне и Грэму — и две обычных — нести в руках. Все до краёв были набиты бутылочками и кувшинами с отварами.
Сегодня мы шли к гнилодарцам и я надеялся получить за всё это добро много денег. Главное, чтоб Морна не подвела и этот весь товар действительно будет кому-то нужен. Было интересно увидеть наконец-то своими глазами место, где кучкуются все изгои окрестных земель. Да и, судя по всему, не только окрестных.
Но прежде нужно проверить всё в саду.
СЮДА.
Корнечервь откликнулся на мой мысленный зов почти мгновенно. Земля вздыбилась у моих ног, и на поверхность выбралось перемазанное землей сегментированное тело. Я присел на корточки, разглядывая его. Отросток на середине туловища стал заметно больше. По информации системы день-другой — и оно будет готово отделиться в полноценное существо. И это хорошо.
Я положил ладонь на прохладную кожу существа и начал вливать живу. В этот раз щедро, не жалея, ведь для отпочкования ему требовалось много энергии. И корнечервь тут же начал жадно ее поглощать.
[Уровень взаимодействия: 15% → 16%]
Любопытно, а что изменится в корнечерве, когда уровень взаимодействия достигнет ста процентов? Сейчас он и так прекрасно откликался на команды и был рад симбиотической связи. Возможно, в его случае эволюция (если она вообще существовала) откроется только при достижении полных ста процентов? Непонятно. Можно только наблюдать и повышать взаимодействие.
— Работай, — сказал я вслух и отпустил его.
Корнечервь нырнул обратно в землю и пополз к грядкам со связником двужилыным и вязь-травой. Что ни говори, а подарочек Рыхлый мне сделал хороший, и теперь этот подарочек размножится.
Ну а я выпрямился и пошел к ограде, проверить ростки изгороди Морны, и они приятно меня поразили. Их рост был стремительным: вчера это были тоненькие веточки длиной в две ладони, сейчас каждая вытянулась уже на полметра — гибкие зеленые плети с крошечными зачатками шипов. Они тянулись вверх и в стороны, оплетая ограду.
Я коснулся одного из ростков Даром и жива потекла в него, как вода в песок. Я понимал, что всё это пойдет в рост и это меня устраивало — чем быстрее они вырастут, тем скорее превратятся в настоящую защиту для сада. Напитав каждый росток, я двинулся дальше. Ловец, вот кто еще меня порадовал — пусть он развивался не так быстро как изгородь Морны, но у него были другие свойства и способности, и я пока не рисковал превращать его в мутанта. Возможно отделю от него небольшую часть, и на ней проведу подобные эксперименты.
После него двинулся к своим мутантам. Этих двоих я держал в доме на окне — не хотелось, чтобы чей-то взгляд случайно заметил в них странности. Изумрудный вьюнок еще больше разросся за ночь, выпустив дюжину новых побегов. Я присел рядом и влил в него порцию живы.
[Уровень взаимодействия: 12% → 13%]
Да, тут тоже пора повышать взаимодействие, но больше двух-трех подпиток в день им не требовалось, а это основное, от чего росло взаимодействие. Были еще команды, но что прикажешь растениям, которые растут в горшочках? Немного. Тот же душитель мог ползать и жрать других, а эти двое такого не могли. Впрочем, тут скорее «пока» не могли, у меня на них были планы. Особенно на кровавую колючку с ее свойствами.
Я присмотрелся к колючке, которая увеличилась. Её шипы стали длиннее, а на кончиках появился красноватый отлив. Прикоснувшись, передал ей столько живы, сколько она была способна усвоить. Полагаю, что даже мутанты после переизбытка живы не становятся «супермутантами» — у них, как и у обычных улучшенных растений, есть свой потолок и свой потенциал, выше которого не прыгнешь.