Я обернулся напоследок.
Волк лежал у ограды — старый, но все еще грозный. Гусь расхаживал по двору, патрулируя территорию, тут все по-старому. А где-то под землёй копошился корнечервь, очищая почву.
Странная получилась компания.
Я улыбнулся, представляя, каково будет удивление Гарта (или того, кого он собирается послать), когда у дома обнаружат старого матерого волчару.
Вот это будет встреча.
— Идем, — сказал Грэм. — До Морны ещё топать и топать. По пути расскажешь и покажешь, как именно ты, забираешь, живу. Хочу это видеть.
Я кивнул.
Надеюсь, Грэм действительно сказал то, что думает и…принял мой Дар, начав немного верить в то, что я не превращусь в монстра и полностью контролирую вопрос. Вопрос еще был в другом: насколько я сам доверял Грэму? Я думал, что характер этого старика был мне понятен, но теперь я не был в этом уверен.
Глава 5
Мы вышли за калитку, и я сразу обратил внимание на то, как изменилась походка Грэма.
Нет, он все ещё двигался осторожно, экономя силы, но теперь в его шагах появилась какая-то… уверенность? Да, пожалуй, именно так. Раньше он словно нёс на плечах невидимый груз, который с каждым днём становился всё тяжелее. А сейчас будто часть этого груза сняли. Да собственно так и было, я взял на себя долги, показал, что их возможно выплатить даже в нашем положение, начал лечение и он увидел, что шансы улучшить его состояние есть, пусть и небольшие и это… перестало давить на старика. Надеюсь.
Да и сегодняшняя порция «выжимки» вкупе с посещением Кромки должна была облегчить его состояние. А может, дело еще и в том, что между ним и Траном явно уменьшилось, напряжение после просьбы Грэма,,одолжить,, волка.
Я вздохнул и еще раз взглянул на Грэма. Мне захотелось использовать Анализ, чтобы проверить его состояние, но я сдержался. Сегодня я уже применял его трижды: на Рыхлого, на корнечервя и на пыльцу жужжальщиков. Каждое применение отнимало ментальные силы, и хотя я научился восстанавливаться быстрее, чем раньше, злоупотреблять им не стоило. Два, максимум три применения еще оставались в запасе, и тратить их на то, что можно было просто увидеть глазами, было бы глупо.
— Ты выглядишь бодрее, — заметил я вслух.
Грэм хмыкнул.
— Не каркай. Может, просто выспался хорошо и это временно.
Мы подошли к Кромке и ступили в ее приятную полутень. Солнце уже поднялось достаточно высоко, и его лучи пробивались сквозь некоторые кроны, рисуя на земле причудливые узоры, в которых летала пыль и крошечные насекомые, а иногда сверкали крылья и более крупных особей. Воздух был как всегда напоен запахом прелой листвы и чего-то неуловимого.
Седой высунул нос из корзины и принюхался. Его янтарные глаза заблестели с каким-то предвкушением — еще бы, он же знал, что в лесу есть едкие дубы и мы скорее всего зайдем к ним.
— Пи!
— Знаю, знаю. Скоро твою стайку предателей мы тоже посетим, но на обратном пути.
— ПИ!
— Ага, сейчас дела поважнее.
Грэм хмыкнул, слушая наш диалог.
Через пару десятков шагов в Кромке количество живы начало медленно, но неуклонно повышаться. Однако в какой-то момент оно становилось плюс-минус одинаковым, пока не перейдешь границу с настоящим Зеленым Морем. Я вздохнул, вспоминая тот раз, когда Грэм повел меня пробуждать Дар, что и ускорило распространение черной хвори. Что ж, хорошо, что теперь я не сильно завишу от того, насколько глубоко нахожусь в Зеленом Море, потому что Поглощение дает мне преимущество.
— Ну что, показывать будешь? — спросил Грэм.
— Да, сейчас. Вот здесь, — сказал я, останавливаясь у первого попавшегося куста.
Это была обычная лесная поросль — низкорослый кустарник с тёмно-зелёными листьями и мелкими белыми цветками. Ничего особенного, один из тысяч подобных, что росли в Кромке, и я уже знал, что полезных свойств в ней нет. Хотя…может это просто я не знал, что из нее может вырастить, если буду её «подкармливать»? Наверное, стоит признать, что не бывает бесполезных растений — есть просто те, которые не знаешь как правильно использовать. Анализ ведь тоже не всемогущ — например он не показывает потенциала развития или во что мутирует растение, если я на него буду воздействовать Даром.
Грэм остановился рядом, всё так же держа в руке топор. Сегодня он его не держал за поясом, а не выпускал из рук. Видимо, услышал от Охотников в Кромке что-то, что заставило его быть настороже.
Я присел на корточки, положил ладонь на ветку куста и закрыл глаза, сосредоточившись… Связь установилась почти мгновенно: я ощутил куст, его корни, уходящие в землю, затем стебли, тянущиеся к свету и, наконец, листья, впитывающие солнечные лучи (которых, я это чувствовал, ему не хватало). Ощутил я и живу, которая текла по нему, как кровь по венам. Вот она-то мне и нужна!