Я покачал головой и понял, что она абсолютно серьезна. Впрочем, я не знал, что сейчас творится у нее внутри. Думаю, после подобных трансформаций ее эмоциональное состояние скачет из одной крайности в другую.
— Морна, успокойся, ничего с ней не случится. Можешь не беспокоиться.
Она села обратно на стул и устало сказала:
— Начинайте. Я буду смотреть.
А потом через пару секунд добавила:
— И спасибо…ну, за то, что помогли.
Я хмыкнул и развел огонь в очаге, потому что живососов придется сразу уничтожать, как и в прошлый разы. После передвинул Грэма вместе с лавкой поближе к очагу. Лира села на этой же лавке.
Я кивнул девочке и она начала. В воздухе зажужжал живосос, он сел на одну из прожилок Грэма и начал высасывать черную хворью. Процесс был уже знакомый. Тельце насекомого начало покрываться черными прожилками, пока почти полностью не почернело, и тогда Лира скомандовала ему прыгнуть в огонь.
Один живосос…второй…третий…
После третьего она побледнела, но заставила четвертого сделать то же, что и предыдущих.
Из её носа потекла тонкая струйка крови. Я вытер ее и сказал:
— Пока хватит, чуть передохни.
Девочка кивнула, а я вышел наружу за живой. Передавать Грэму живу больше смысла не было. Мне нужно было восстанавливать девочку и дать ей возможность использовать живососов по максимуму. В прошлые разы Морна бы остановила девочку на четырех живососах, но сейчас ситуация другая. Я видел, что ей не нравилось происходящее, но она не мешала.
Я восполнял живу, возвращался, передавал девочке и она проводила сеанс лечения. И так четыре раза.
На последних разах Морна уже начинала откровенно злиться, потому что девочке становилось тяжело, и кровь из носа стала идти слишком часто.
Зато Грэму становилось легче. Дыхание впервые после боя стало ровным и спокойным, а черные прожилки на той руке, куда садились живососы, укоротились. Не знаю, сколько в процентах было откачано черной хвори, но чуть притормозить ее распространение это должно было.
— Достаточно. — прикоснулся я к Лире, — Ты сделала достаточно, теперь можешь отдохнуть.
Девочка просто взяла и села возле горящего очага, закрыв глаза.
Морна вдруг посмотрела на меня:
— Так что это были за способности? Там, снаружи. Изгородь подчинилась тебе, — она прищурилась. — Я видела такое только у Детей Коры.
Вот как, значит Дети Коры могут подобное? Среди них есть симбионты? Или же это просто какая-то более сильная разновидность травнического Дара?
— А что нужно было от тебя этому Измененному? — ответил я вопросом на вопрос, — Он ведь не случайно тут оказался, так ведь?
Морна застыла.
— Я посмотрел на его лапы, там метка Гиблых. Может объяснишь, что происходит?
Знахарка молчала.
— Это был Чернобрюхий? — неожиданно спросил я.
Я вдруг подумал, что кем еще могла быть такая огромная тварь и может она с ним как-то связана.
Морна дернулась, словно от пощечины. В её глазах мелькнул настоящий первобытный страх, а затем промелькнул целый ворох воспоминаний. Женщина, которая, как я думал, никого не боялась, услышав это имя вздрогнула всем телом. Но она быстро взяла себя в руки и тихо сказала:
— Если бы здесь был Чернобрюхий…мы бы не справились. Даже будь Грэм полностью здоров. Но…это был кто-то из его стаи. И да, он пришел за мной.
— Вот как? — неожиданно открыл глаза Грэм, — И что же нужно от тебя Чернобрюхому? Мне очень интересно узнать, зачем ему тебя искать?
Хотелось сказать «мне тоже», но я промолчал.
Морна посмотрела на Грэма, потом на меня и молча отвернулась.
Глава 15
Морна несколько секунд молчала, а потом повернулась к нам, тяжело вздохнув. Она переводила взгляд с меня на Грэма и обратно, словно не зная, с чего начать.
— Чернобрюхий… — наконец начала она, и голос ее дрогнул. — Он не просто Измененный — он… разумен. По-настоящему разумен, как человек, а не как Измененный. Да, выглядит он как мощная тварь, но на деле он контролирует себя, и знает чего хочет.
Грэм мрачно кивнул.
— Я знаю, кто такой Чернобрюхий, Морна. Сталкивался.
Морна застыла. Её звериные глаза расширились.
— Ты… выжил после встречи с ним?
— Не я один, но многие — нет. Давно было дело, так что о том, что это не просто измененная тварь я прекрасно знаю, в этом ничего нового для меня нет. Да и Элиас тоже знает о нем. Лучше расскажи о том, что вас связывает.
Я кивнул, подтверждая слова Грэма.
Она помедлила, собираясь с мыслями. Лира, сидевшая у очага, подняла голову и внимательно смотрела на мать. Майя была снаружи, я видел ее, да и Талик по-прежнему был где-то снаружи. Седой тихо перемещался от одной полки к другой и что-то выискивал. Пока все были заняты, он занимался своим любимым промыслом — брал всё, что плохо лежит.