— Да Элиас, — заметив, что я задумался, добавил Грэм, — Водники сидят в поселке и работают на гильдию: удобно, безопасно и стабильно. Не будь у тебя такого Дара, ты бы тоже туда пошел и горя не знал: опасностей минимум, просто сиди вари, учись и получай деньги. Хорошая жизнь…
Грэм вздохнул.
— Правда, дико скучная.
Я кивнул, соглашаясь. Сидеть в четырех стенах над котелком действительно скучно, просто я это совмещаю с походами в лес, а вот другие алхимики — нет. Скорее всего старик прав, и для массового производства отваров разница между этой водой и той, которую обработали водники незначительная, а может и вообще незаметная. А возможно, у гильдии есть какой-то свой Источник в другом месте, который они контролируют и поставляют из него своим лучшим алхимикам воду для сложных отваров. Правда, я не знаю сколько сохраняет вода из источника «заряженность» — может всего день-другой, — и тогда это значит, что ее необходимо использовать сразу, не затягивая.
Я шел, думая об этом всем, и параллельно еще в нескольких местах сажая оставшиеся ростки душильника. После этого продолжил Поглощать живу, потому что сегодня у Виа была возможность реализовать еще два процента эволюции, а это десять единиц живы, которые я должен ей отдать. Нужное количество энергии я насобирал чуть больше, чем за полчаса и сразу всё ей передал, нечего терять время. Она сразу же отправилась на охоту по окрестностям.
Сейчас мы держали путь к той самой поляне мертвых деревьев, где я выследил смолячка. Дорогу и я и Грэм уже знали, поэтому не заплутали.
Поляна мертвых деревьев встретила нас знакомым запахом смолы и тлена. Черные стволы лежали поваленными на земле, и я уже отсюда видел поблескивающие капли живицы. Хорошо, что ничего не изменилось, и деревья по прежнему выделяли ее.
— Нам нужно много, — сказал я, доставая из корзины широкие листья, которые мы нарвали по дороге. — И для мази, и для остального.
— Хорошо-хорошо, — ответил Грэм и достал нож.
Мы разделились: я собирал живицу с одной стороны поляны, а Грэм — с другой. Работа была монотонной, но несложной: в некоторых местах ее можно было брать целыми мягкими кусками, которые тут же прилипали к листу. Перчатки из кожи саламандры я снял — не хотел портить, потом еще отдирать прилипшую смолу.
Попутно подбирал уже отвалившиеся куски мертвой древесины, пропитанной смолой — пеплогрибы растут медленно и им явно нужно больше питательных веществ. Мне хотелось посмотреть, изменятся ли их свойства, если выращивать на древесине, которая простояла здесь так долго и была насыщена живицей?
Листья заполнялись один за другим и, плотно обматывая ими живицу, я возвращался и складывал ее в корзину. Тоже самое делал и Грэм. Я уже хотел ему сказать что хватит, но вдруг застыл.
На стволе ближайшего ко мне мертвого дерева что-то двигалось — что-то маленькое, медленное и… красивое.
Я подошёл ближе и открыл рот от удивления. По форме это была гусеница, но не обычная — ее тело было полупрозрачным, словно сделанным из мутного стекла и сквозь него отчетливо виднелись золотистые прожилки, пульсирующие в такт биения ее сердца. Она медленно ползла по коре, и из крошечных пор на её боках выделялась… смола — живая, тягучая, мягко светящаяся субстанция, которая стекала по стволу и застывала идеально чистыми каплями. И эти капли заметно отличались от обычной живицы и цветом, и своим внутренним сиянием.
— Дед, — позвал я, не отводя взгляда от существа. — Иди сюда! Посмотри, тут кое-что любопытное, никогда такого не видел.
Грэм подошёл, глянул — и его брови поползли вверх.
— Вот это да…
— Что это?
— Смолопряд. — Голос Грэма звучал удивленно. — Только они обитают в глубинах… Как она так быстро сюда перебралась? Может, занесло какое-то животное? Они очень медленные.
Я задумался, а ведь он прав. Глубины далеко, а такому маленькому существу, чтобы добраться до Кромки необходимо много времени…
Оба мы секунд на пятнадцать-двадцать зависли глядя на эти застывшие капли на коре. Идеально круглые, похожие на янтарные бусины. Красота!
— Можно её взять с собой?
Грэм покачал головой.
— Ну ты, конечно, можешь, но… они в неволе быстро погибают.
— А что если… — я задумался. — Если взять вместе с куском дерева? Вон того, что пропитан живицей? Может, тогда проживёт дольше?
Старик почесал затылок.
— В теории… возможно это продлит ее жизнь.
— А ее капли ценные? Должны быть точно ценными.
— Ценные, — кивнул Грэм. — Алхимики их используют, это я знаю, сам когда-то добывал. Для чего именно — не знаю. Но думаю даже сейчас эти капли можно продать.