— Чего застыл? — спросил Грэм.
— Да уже иду… ледяная кость, аж пробирает.
И это было, кстати, правдой.
— Да, есть у нее такая особенность.
Я убрал руку и мы двинулись дальше.
И почти сразу мы столкнулись с патрулем. Навстречу нам шли двое молодых охотников, лица которых я смутно помнил по поселку. Один рослый парень с рыжими волосами и другой темноволосый и коренастый, с копьем. Впрочем, это было не единственное оружие — топор и кинжалы как у Грэма тоже имелись.
— Старший Грэм? — удивился рыжий. — Старший Тран? Что вы тут делаете?
Пожалуй, впервые я слышал от молодого охотника хоть какое-то подобие уважительного обращения к старшему охотнику.
— Прогуливаемся, Льмер, прогуливаемся, — буркнул Грэм. — А вы оба тут лучше не задерживайтесь и смотрите в оба, тут небезопасно. Прошлись — и сразу обратно.
— Это из-за Валира? — переспросил черноволосый парень.
— А из-за кого еще? Из-за него, конечно. Кстати, почему с вами нет Старшего? — спросил Тран.
— Так это… потом подойдет Дариус. Он послал нас вперед, там вроде в гильдии утром сбор был.
Грэм вздохнул.
— Ладно, будьте осторожнее, парни. Теперь это опасные места, относитесь к ним как если бы пошли в поход в Глубины. Видите тварь — сразу убивайте, не сдерживайтесь.
Грэм умолк, а потом вдруг добавил:
— И еще — доверяйте инстинктам: если вы чувствуете, что не справитесь, или что с виду всё хорошо, но у вас трясутся поджилки, то лучше уходите. Живыми вы нужнее поселку, чем мертвыми.
— У меня никогда поджилки не трясутся. — вздернул голову черноволосый и покрепче сжал копье, — Даже в детстве такого не было.
— Значит, тебе еще не встречались по настоящему страшные твари, — невозмутимо ответил Грэм, — Ладно, я сказал всё, что хотел. Бывайте.
Оба молодых охотника молча кивнули и пошли вперед.
Всю оставшуюся дорогу я собирал растения, которые приметил раньше. Тран недовольно топтался, пока я выкапывал очередной кустик, но молчал. Грэм стоял на страже, и его присутствие заставляло приручителя терпеть задержки.
Еще через часа полтора мы вернулись к дому, и сразу стало как-то спокойнее на душе. Вон Шлепа, вон забор, который обвивает живая хищная изгородь, а вон возвышаются мои эволюционировавшие растения. А вот старый волк, который, вскочив, рванул навстречу Трану, виляя хвостом.
— Спасибо за помощь, Тран. — сказал Грэм, опираясь на забор, — Без тебя мы бы след не нашли.
— И что теперь? — спросил приручитель, останавливаясь у калитки. — Что собираешься делать?
Грэм ответил не сразу. Он стоял, глядя куда-то в сторону леса, и думал почти минуту. Потом старик тяжело вздохнул.
— Сообщу всё Джарлу, а там он будет решать, что с этим делать. Все-таки защита Янтарного — его обязанность.
— Это, пожалуй, самое верное решение, — признал Тран. — Я тоже хотел это предложить, думал, что ты…
— Есть вещи поважнее разногласий. — отмахнулся Грэм.
Приручитель постоял ещё немного, потом кивнул.
— Я пойду. Нужно покормить волков и «переварить» всё это.
— Иди, — Грэм протянул ему руку. — И еще раз спасибо за помощь, Тран. Я надеюсь никто не узнает того, о чем я тебе рассказал?
— Не узнает, — покачал головой тот, — Можешь не сомневаться.
Тран махнул нам рукой и двинулся прочь, а за ним последовали волки. Все, кроме старого, который разочарованно плюхнулся на землю.
Некоторое время мы просто стояли с Грэмом во дворе, наблюдая за удаляющимся от нас приручителем.
— Значит, ты знал? — спросил я наконец. — А мне ничего не сказал.
Грэм медленно повернулся ко мне.
— Знал, — признал он. — И, пожалуй, должен был сразу предупредить Джарла, но…
Он умолк.
— Но?
— Джарл только вернулся. Пришлось бы рассказывать про всё: про гнилодарцев, про лечение… да вообще… И его рука еще не вылечена. Не хотелось вмешивать гнилодарцев в это, потому что мы к ним ходили. И я не знаю, как на всё это отреагирует Джарл… — он тяжело вздохнул.
Я понимал его опасения: Джарл похож на человека, который может просто взять и… убить всех, кто причастен. Особенно если узнает, что они сотрудничали с Гиблыми, а в особенности с Шипящим. Во всяком случае, мне так казалось. Какой он человек на самом деле, я мог только догадываться. Тот же Грэм не раз меня удивлял, потому что несмотря на свой характер был склонен идти на компромиссы. А еще мы и всё наше лечение черной хвори зависело от гнилодарцев и их отношения к нам.