— Да, Лорику стало хуже, но не так плохо, как раньше. Он держится, но эликсир бы не помешал — тот, что ты сделал в прошлый раз.
Я кивнул.
— Тогда что?
— Клык. — Он посмотрел на меня тяжелым и каким-то печальным взглядом. — Вчера ночью он вернулся. — Вернулся? — я нахмурился. — Он же ушел с Целителем, как я помню.
— Да, ушел, — подтвердил Рыхлый, — А потом сбежал.
Пару секунд я переваривал его слова. Может, Клык изначально не собирался там оставаться, а просто ушел, чтобы что-то узнать? Я об этом как-то не подумал. Или дело в другом?
— Целитель ему не помог или что-то случилось?
— Поначалу помог. — Рыхлый сплюнул в траву. — Клык же говорил, что шипы перестали ломать его изнутри, и Дар снова слушается. Поэтому он и ушел — он видел в этом возможность нормальной жизни. А теперь, ночью, он вернулся. Я даже не уверен, что он понимал куда идет, потому что дозваться до него не вышло. Он просто пришел и рухнул в мою землянку. Потом я переместил его в другую землянку, подальше от остальных, чтобы его никто не слышал и не видел, она находится на самом краю деревни.
— И как он сейчас? Ну Клык. — уточнил я.
— Хуже, чем раньше, — сказал Рыхлый. — Намного хуже. Его сильно лихорадит, бросает то в жар, то в холод и он постоянно стонет от боли, будто его что-то изнутри раздирает.
— Значит, он сейчас в той землянке? — переспросил я, — А кто-то об этом знает?
— Нет, Гнус прикрывает — он прикрыл от Старейшин, так что никто так не узнал, что Клык вернулся. Надеюсь… А точно знает только Шурша, она видела.
— Гнус и такое может? — удивился я. — Прикрыть от Старейшин?
— Гнус много чего может, — коротко ответил Рыхлый.
Я задумался.
— Но разве это не решило бы проблему с Целителем?
— Что ты имеешь в виду? — прищурился Рыхлый.
— Ну, показать Клыка всей деревне, чтобы они увидели, к чему подобное «лечение» приводит — это сразу докажет, что Целитель врет.
— Ничего это не докажет. — Рыхлый качнул головой. — Скажут: сам сбежал, сам не долечился. Или по дороге что-то подхватил. Найдут, чему верить. Им хочется верить Целителю, понимаешь? Люди цепляются за надежду крепче, чем за правду. Поэтому сначала надо, чтобы Клык очнулся и сам рассказал, что с ним было. Пока что я даже не знаю, от чего именно он бежал и что его так испугало. А он, знаешь ли, не из пугливых — он сильный.
Я помолчал.
— Хорошо, это я понял, а от меня ты что хочешь?
— Я давал ему твои отвары — те, что ты делал для Лорика, — у меня оставались. — Рыхлый посмотрел мне в глаза. — И ненадолго после приема отваров ему становилось легче. Я подумал… если ты сделаешь такой же эликсир, какой делал для Лорика — это даст ему шанс. Или хотя бы выиграет время.
Я кивнул.
— Это не просто отвар, Рыхлый, а эликсир — его делать намного дольше и сложнее. Это не один час работы: если начну прямо сейчас, успею к вечеру, не раньше.
Гнилодарец долго смотрел в землю, где выныривали его черви.
— У него есть время, — сказал он наконец. — Пару дней. Клык очень крепкий, несмотря на все свои беды с костями. Но… судя по тому, что я вижу, не больше. Так что прошу тебя, Элиас, начинай.
Я уже разворачивался, прикидывая в голове порядок действий, с чего начну когда вернусь, как Рыхлый вдруг сказал мне в спину:
— Подожди, есть еще кое-что.
Я обернулся.
Он медленно поднял на меня свой усталый взгляд и, глядя прямо в глаза, произнёс:
— Я знаю, что ты умеешь делиться живой, передавать ее другим.
Я замер.
— Рыхлый, я не…
— Я видел. — не дал он мне договорить.
Не знаю почему, но рука как-то инстинктивно легла на пояс с кинжалом. Виа почувствовала короткую вспышку моего страха и тут же приготовилась атаковать, как и душильник.
ТИХО!
Глупости, Рыхлый не враг, а с кинжалом я против него ничего не сделаю.
— Неужели ты думаешь, что я кому-то скажу? — спросил он, — После того, как ты спас Лорика? Да и сейчас это я больше от тебя завишу, потому что жизнь моего мальчика держится на твоих отварах и эликсирах, а вот Грэм… Ему в случае чего могу помочь не только я.
Я застыл, не зная что ответить. Отрицать? Но почему тогда внутри вообще нет сомнений в Рыхлом? Почему я ему верю? Может, именно потому, что он от меня зависим?
— Как ты узнал? — тихо спросил я.
— Видел, как ты делился с Лирой. Случайно вышло.
Я мысленно перебирал, когда это могло быть, когда он мог нас видеть, — меня и Лиру, — может тогда, когда она возле деревни лечила Грэма живососами? Но там я был осторожен.
— Больше никто не знает, — продолжил Рыхлый. — И не узнает. Понимаешь, пока Клык без сознания ты можешь помочь ему живой. Если это совместить с твоим эликсиром, то может и вытащим. Потому что я боюсь, что просто отваров не хватит.