— Не знаю. Гнус не объяснил, но он ему не доверяет.
— И что он собирается делать? Проследить за этим человеком?
— А я откуда знаю? — пожал плечами Грэм, — На подобные вопросы Гнус всегда отвечает, что он просто страж и что его задача охранять деревню, не больше.
— «Его задача»…звучит, будто его кто-то заставил это делать.
— Не заставил, он сам на себя возложил эту обязанность. Он решил так жить и живет — может поэтому деревня до сих пор цела.
Я вспомнил слепого стража, его тучи насекомых и его спокойный голос. Человек, который добровольно стал стеной между деревней и всем остальным миром. Не потому, что его попросили или заставили, а потому, что он сам так решил.
— Кстати, — я достал из-за пазухи деревянный диск с жуком. — Хельм дал мне это — пропуск в нижнюю деревню.
Грэм остановился. Посмотрел на диск, потом на меня.
— Ты встречался с Хельмом?
Значит Гнус рассказал Грэму не всё.
— Да, мы разговаривали и он дал мне это, а потом ушел.
— Элиас…
— Что?
— Он хитрый, намного хитрее Шипящего.
— В каком смысле?
— Шипящий действует грубо, а Хельм… Он работает через услуги и долги, а это в каком-то смысле хуже. И еще запомни одну вещь: чем слабее одаренный, тем он изворотливее. Тому, кто силен, нет нужды в увертках.
Такая себе позиция, но мысль понятная. Зачем что-то выдумывать, плести интриги, если ты можешь просто прийти и решить вопрос силой. Быстро.
— Ты хочешь сказать, что Хельм слабый?
— Да, — кивнул Грэм.
— Но его Дар кажется полезным, мне Морна о нем рассказала.
— Полезный — да, но силы от него не прибавляется. Ты думаешь почему Хельм держится за деревню? Потому что он не выживет даже на краю Глубин, не говоря уж о тех местах, что идут дальше.
— Морна говорит, что он помогает детям, — заметил я.
— Ага, «помогает», — хмыкнул Грэм, — Чтобы потом их использовать. Не обманывайся.
Я вздохнул. Честно говоря, перехотелось разговаривать об этом всем.
Он указал на диск в моей руке.
— Этот пропуск, а не подарок — своего рода задаток.
— Задаток?
— Скоро последует просьба. — Грэм посмотрел мне в глаза. — Принимая подарок, ты принимаешь обязательство. Так у них заведено.
Я хмыкнул.
— Разве это подарок?
— В его глазах — да. Он считает, что это он оказывает тебе услугу, а не наоборот.
Я вспомнил подарок Рыхлого — корнечервя. Но там никакой просьбы не последовало. Скорее я сам захотел помочь Лорику.
— Посмотрим. Я всё равно буду что-то делать, только если это совпадает с моими целями.
— Только так и надо, — кивнул Грэм, — Да, гнилодарцы сейчас и тебе, и мне полезны, но что будет дальше мы не знаем. Как и то, как далеко зайдут проделки Шипящего.
Я убрал диск обратно за пазуху. В любом случае, мне интересно узнать, что от меня хочет Хельм.
— Есть ещё кое-что, — сказал я. — Морна попросила меня сварить для нее эликсир.
— Какой эликсир?
— Тот, что сдерживает ее припадки. У неё заканчиваются запасы, а новый заказать сейчас негде — все алхимики завалены работой от гильдии.
— Она знает рецепт? — сначала спросил Грэм, а потом хлопнул себя по лбу, — Ну конечно, ты наверняка его для нее определил, так ведь?
Я нехотя кивнул.
— Опять ты показал больше, чем должен был.
— Это было давно.
— Тем более, — заметил Грэм, — Ладно.
Неприятно было признавать правоту старика.
— Зачем теперь об этом говорить?.. все уже случилось.
— А затем, чтобы такое не повторилось в другой раз.
— Не повторится. — уверенно сказал я.
— Там ингредиенты? — кивнул Грэм на корзину Морны.
Заметил он ее сразу, но при Рыхлом решил, видимо, не спрашивать.
— Да.
— Скажи, Элиас, разве ты варил подобное раньше? — с напором спросил Грэм.
— Нет.
Грэм вздохнул.
— Вот именно, что нет. Нет никакой гарантии, что у тебя что-то выйдет.
— Морна это знает.
— И всё равно будет надеяться, что у тебя всё выйдет. Элиас, ты берешь на себя больше, чем тебе сейчас по плечу.
Я не стал спорить, ведь он был прав. Просто коротко ответил:
— Я справлюсь.
Мы шли дальше, и я наконец смог заняться тем, что откладывал весь день.
Виа.
Моя хищная лоза лежала в корзине, свернувшись тугим клубком. Все это время из-за Рыхлого, я не мог дать ей много живы для того, чтобы она продолжила эволюционировать и охотиться. Но теперь. теперь можно.
Я мысленно потянулся к ней и через секунду она, выскользнув из корзины, обвилась вокруг моей руки. Я сразу начал вливать в нее живу.