Я с облегчением выдохнул, снова открывая глаза. Теперь у меня было семь нитей, семь крошечных присутствий в моем сознании. Виа и Душильник ощущались как валуны среди песчинок, но все они были там — все под контролем. Да и в плане контроля семена пока не проявляли никакой Воли. Потому и были удобным учебным материалом.
[Дар: 62,5 % (+1 %)]
Системное сообщение порадовало. Путь это один процент, но это неплохо, даже очень неплохо. Но мне нужно больше.
Про кровь Рыхлый предупреждал, да и ее было всего лишь несколько капель от перенапряжения. Ерунда.
Я встал, прошёлся по комнате. Голова гудела, но терпимо. Давление никуда не делось — просто стало фоновым, привычным.
Хорошо, значит, можно продолжать.
Я взял в руку восьмое семя. Наверное, самое крошечное из всех, которые у меня были. Я потянулся к нему Даром и невидимый обруч на голове, который ослаб, сжался снова и сильнее прежнего.
Кровь снова закапала из носа, уже интенсивнее. Я чувствовал, как она стекает по губам, но не останавливался в своей попытке наладить восьмую связь. Семя было простым и не требовало многого — только место в моем Даре и сознании. Нужно было только впихнуть его — и всё. Я словно проткнул семя, и теперь осталось только протянуть ниточку ко мне.
И тянулась она тяжело, со скрипом, и с усилием.
Чем ближе нить была к Дару, тем плотнее сжимало голову, и тем больнее становилось.
Еще чуть-чуть…
Еще…
Связь установилась с тихим щелчком, словно замок наконец-то защелкнулся.
Восемь.
[Дар: 63,5 % (+1 %)]
Ещё процент. Уже лучше.
Вот только от вспыхнувшей головной боли захотелось завыть. Я стиснул стол руками и это чуть помогло. Затем начал дышать глубоко и медленно, привыкая к боли и странному ощущению натяжения внутри.
Я вспомнил слова Рыхлого: «Меня учили так: каждый раз, когда думал, что больше не могу — заставляли пробовать еще».
И я видел, что этот метод работает. Да, пришлось перейти на совсем крошечные семена, но оно того стоило. В моем сознании было уже восемь связей.
В идеале, конечно, нужно было бы отпустить всех — и Виа, и Душильника, и корнечервей— и начать с чистого листа, с десятков крошечных семян. Так прогресс шел бы быстрее. Но я не мог.
Связь с Виа строилась долго. Мы прошли вместе через многое: ее подчинение, эволюцию, бои… Разорвать это сейчас означало потерять всё, а восстановить быстро не получится. Да что там, это будет уже невозможно! Я понимал, что Виа не прирученный питомец, и как только связь разрушится — она уйдет.
С душильником та же история. Корнечерви и вовсе незаменимы для сада и едва я оборву связь, кто знает куда они пойдут.
Так что расширяться я могу только так — добавляя новые семена поверх старых связей.
Я сел обратно за стол и закрыл глаза.
Минут десять-пятнадцать сидел просто привыкая к новым ощущениям и новой боли. Она, кстати, никуда не делась.
Я понимал, что связи с растениями один из самых важных аспектов моего развития. Они моя защита, атака и выживаемость в будущем, и чем больше их будет, тем больше шансов у меня защищать себя в лесу без посторонней помощи в виде Грэма.
Итак… девятое семя.
Я взял его в руку и немного нерешительно потянулся Даром. Я чувствовал, что на пределе, но было также и ощущение, что запас еще есть, и можно втиснуть еще одну связь.
Едва Дар коснулся семени, мир вокруг меня качнулся.
Перегрузка, — понял я.
Однако не отпустил, а продолжил тянуть нить связи к себе.
Тяжело.
Семя пыталось выскользнуть, ну или это контроля моего Дара не хватало. Не знаю. Но я не отпустил, держал крепко-крепко.
Хрусть.
Что-то щелкнуло и снова закапала кровь. Сначала закапала, а потом потекла тоненькой струйкой. Я не обратил внимания. Пусть, я почти…
Я стиснул зубы и продолжил.
Не выпущу.
Еще пара секунд — и я почувствовал резкое облегчение внутри Дара и одновременно с тем еще большую боль в голове.
Девятая связь.
Я ощутил девять нитей в своем сознании, натянутых до предела, как струны.
[Дар: 65,5 % (+2 %)]
И снова после преодоления предела Дар показал рост, да еще и сразу на два процента, что, в принципе, логично — чем выше нагрузка, тем больше рост. Возможно, начни я делать так раньше, то уже вплотную приблизился бы к следующей ступени Дара, а так… пока придется поработать.
Рыхлый был прав. Боль это просто сигнал, что барьер близко. А это значит, его можно пробить, что я сейчас и сделал.
Я сидел чуть покачиваясь на стуле и утирая кровь. Но сейчас меня больше волновала пульсирующая головная боль, чем кровь.