Конечно, в то же мгновение всё пространство вокруг него закишело змеями, которые кинулись на него, пытаясь укусить, проколоть его закаленную кожу, обвиться вокруг ног и рук. Они прыгали в голову, закрывая обзор и выгадывая мгновения для своего хозяина.
Не поможет.
Джарл даже не обратил внимания на повисших на нем змей — он просто рванул вперед, прямо к Змееголовому. Там тьма змей вновь попыталась его остановить. Бесполезно — их челюсти скользили по закалённой плоти, не в силах причинить вред. Укрепление работало постоянно. На всякий случай.
Змееголовый попытался бежать.
Не успел.
Огромные мышцы Джарла напряглись, вздулись, выжимая из себя предельные силы, и секира с тихим свистом, несущим за собой смерть, оборвала жизнь Змееголового. Его голова отлетела в сторону, а тело рухнуло прямо возле того бревна, на котором он сидел.
Змеи вокруг замерли всего на мгновение, а потом бросились врассыпную. Часть из них просто упала замертво, не выдержав шока от разрыва связи.
Джарл стоял над трупом, он даже не запыхался. Самый верный способ борьбы с любым приручителем — это ближний бой, где у него нет ни единого шанса против Охотника. Такой бой никогда не может быть долгим, он всегда будет скоротечным.
Джарл посмотрел на свою руку, ощутив неприятное покалывание. Две крошечные точки в коже.
— Прокусили таки… — разочарованно вздохнул Джарл.
Значит, у Змееголового была особь, которая может прокусывать закалку Охотника его ранга вкупе с укреплением. Вот только найти эту змею среди тысяч не представлялось возможным. И он это прекрасно понимал.
Джарл почувствовал, как яд медленно, очень медленно ползет по его руке. Сильный яд, раз рука онемела, но не смертельный — не для него. Сковывающий руку холод ограничился предплечьем, дальше не пускал мощный организм Охотника уже начинавший бороться с ядом.
У Джарла была так называемая полная закалка от ядов. Он потратил годы, чтобы обрести ее, понимая, что охота за Гиблыми — это всегда угроза смертельного яда. И от этой охоты он не собирался отказываться, пока не будет истреблен последний Гиблый.
Охотник наклонился и одним движением своего оружия отрубил руку Змееголового — ту, на которой была метка Гиблых. Черное клеймо в виде Чернодрева было доказательством, что он убил еще одного Гиблого. Так что он знал, — на его руке скоро прибавится ещё одна зарубка. Ещё один Гиблый, который больше никогда не навредит никому.
Затем Джарл подобрал голову Гиблого, взглянул на мертвое, почти полностью змеиное лицо, покрытое плотным слоем чешуи, и выбросил в сторону. Он не испытывал никаких эмоций. Всё внутри давно перегорело. Это было просто как обычная работа по выпалыванию сорняков.
Поглядев на огромную сереброшкурую змею, он схватил ее за хвост и потащил за собой. Вот ее шкура ценная. Даром, что не выдержала удар его секиры. Так мало что способно его выдержать. Не зря ведь он недавно взял новую ступень — ту, о которой большинство даже и не знало — Единый с Даром. Ту, что следовала за так называемым «Высшим Рангом».
Однако яд в крови означал, что Джарлу придется вернуться в безопасное место, — в поселок, чтобы дождаться, когда тело переборет яд само и приобретёт устойчивость к нему. Охотиться в таком состоянии он не собирался — не тут, возле Хмари. Сейчас он будет ослаблен, пусть даже лишь на часть своей силы. А ослаблен, — значит уязвим. Джарл еще раз окинул взглядом огромную змею и решил быстро снять с нее шкуру. Не тащить же всю тушу через глубины.
Глава 7
Я разложил собранные травы на столе и задумался.
Три кучки: ясень-трава с серебристым отливом, лунный звон с крошечными колокольчиками цветов и морозник с его характерными темными листьями. Всё это — основа для ментального эликсира. Того самого, который даст мне ясность мысли для варки зелья Морны. Во всяком случае, я очень на это рассчитывал. Но была одна проблема: головная боль после прошлого применения отвара была… незабываемой. И если я собираюсь варить усложненный вариант отвара, у которого эффект ясности мысли ожидается мощнее, то логично ожидать и усилившихся побочек. Поэтому сначала нужно разобраться с этим неприятным побочным эффектом.
— Так, — пробормотал я, — Что у нас есть из того, что может подойти?
Янтарная роса от живосборника и смола от смолопряда — оба катализаторы, усиливающие свойства зелий. Но что если они могут не только усиливать основной эффект, но и… смягчать побочный?
Проверить можно было только практикой.
Я сходил за серебряной мятой (которая входила в состав) и начал варку обычного ментального отвара, в который собирался вносить точечные изменения, как делал с отваром восстановления. Первая варка была тестовая — просто еще раз заставить руки и мозг вспомнить как варить ментальный отвар. Собственно, результат был без изменений — обычный ментальный отвар, с мощным побочным эффектом. Это нам не подходит.