— Хочу изучить дома, — ответил я, осторожно затыкая бутылочку пробкой. — Может, будет какая-то польза.
— Не слышал, чтоб ее кто-то целенаправленно собирал, — задумался Грэм, — Ну да ладно, я много чего не знаю.
Я закупорил бутылочку и мы пошли дальше. Да, мне было непросто, но глядя на Грэма я понял, что мне еще повезло. У старика на плечах висели две корзины: одна, полностью забитая тушами саламандр, и вторая — с панцирником. Вот там действительно приличный вес. Даже удивительно, что эти корзины до сих пор не развалились от подобного груза. Как-то до этого я не задумывался, но они были сделаны явно из чего-то сверхкрепкого.
— Дед, — спросил я, пока мы начинали подъем по склону. — Твои корзины… они ведь не обычные?
Грэм бросил на меня короткий взгляд.
— Заметил наконец. — В его голосе мелькнуло одобрение. — Нет, не обычные. Плетение из жилистой лозы, вымоченной в соке железного дуба. Такая корзина выдержит… почти что угодно.
— А где взял?
— Сам делал. — Грэм хмыкнул. — Давно.
Вымачивать лозу в соке железного дуба, если задуматься, было отличной идеей. Если срезанная и мертвая жилистая лоза впитала сок и стала крепче, может ли живая лоза сделать подобное? Если нет, то может ли Виа или душильник, если я открою им новые проценты эволюции, стать таким образом крепче? Понятно, что Грэм о таком не думал, а я и не знал, что подобным методом можно сделать растения крепче, но теперь это нужно точно попробовать. Душильник, несмотря на свою хватку и кучу щупалец, уязвим — тот же ржавозуб легко отрывал его конечности. Но если он впитает сок железного дуба, то станет в разы сильнее и полезнее. Кроме того, я испытывал его как живой доспех, и если подобное укрепление сработает на нем — это дополнительная защита для меня.
Мы выбрались из Проплешины и двинулись по знакомой тропе. Грэм бодро и размеренно шагал впереди, словно не тащил кучу добычи. Я плелся следом, борясь с откатом. Наконец-то можно было дышать нормально, без влажной тряпки, прохладным воздухом.
Каждый шаг давался с трудом. Мышцы ног горели, в висках пульсировала боль, а корзина за спиной, казалось, становилась тяжелее с каждой минутой. Всё дело в Усилении. Первый откат уже прошел, но последствия были: правая рука ныла — именно через нее прошло Усиление. Но несмотря на это, я не мог не отметить, что стал сильнее. В прошлый раз, после драки с воронами меня накрыло в несколько раз мощнее, а сейчас тело понемногу выдерживало Усиление — значит, я на верном пути.
Рассветница продолжала дремать. Седой сидел на другом плече, все так же время от времени с подозрением косясь на ящерку. Я протянул к нему руку и влил немного живы. Мурлыка довольно пискнул, ощутив поток энергии. Пусть это не залечит рану полностью, но облегчит боль и ускорит восстановление.
По пути я начал осторожное Поглощение. Я мягко касался ближайших кустов и растений Даром, вытягивая крохотные порции энергии — на большее сейчас я не был способен. Я, конечно, разок попытался, но сразу ощутил как любое напряжение сверх того, что было, начинало отзываться болью в висках. Всё из-за скитальца. И из-за того, что я до разговора с Рыхлым «расширял» количество связей слишком медленно и пассивно. Применяй я сразу такой агрессивный метод развития, уже может и довел бы количество связей до двадцати. Скиталец сейчас ощущался огромным валуном, который я тащил на плечах: тяжелый, неудобный, но невероятно ценный и который нельзя бросить.
Виа, не теряла времени зря: она присосалась к одному из скрученных тел жаровня и медленно поглощала его, впитывая остатки огненной живы.
Через связь я чувствовал её не столько удовольствие, скорее сосредоточенность. Она понимала, что делает что-то важное — адаптируется, меняется.
[Виа (Хищная Лоза)
Устойчивость к огню: Средняя. Прогресс: 13 %]
Всего тринадцать процентов! Средняя устойчивость давалась тяжелее, чем низкая. Низкую она буквально проскочила, а дальше прогресс сильно замедлился.
Всё как и у меня с Даром и умениями: чем дальше, тем медленнее движение вперед. Первые шаги — быстрые и заметные, а потом каждый новый процент требует всё больше усилий.
Я влил в Виа ещё порцию живы, чтобы она не теряла времени и продолжала поглощение. Лиана благодарно приняла энергию и с новой силой присосалась к плоти жаровня.
К счастью, обратный путь прошёл без происшествий — никаких хищников и неожиданных встреч. Даже обычные звуки леса, как-то птичьи крики или шорох мелкого зверья, казались мирными, почти домашними после адского жара Проплешины. Но конечно же я знал, что Кромка уже не та. Она изменилась, просто это еще не везде видно.