— Что с волками, Тран? — спросил Грэм, тоже заметивший странное поведение животных.
— Сам не пойму, — почесал голову приручитель, — От этого места им страшно.
— Твоим волчарам страшно? — хмыкнул Грэм, — Значит, мы точно пришли сюда не зря.
Они обходят это место по кругу, — вдруг понял я, наблюдая за волками, — Не приближаются больше, чем на два шага. Значит что-то с землей не так.
Грэм подошёл и присел на корточки, внимательно разглядывая место. Я видел, как двигаются его глаза, как он изучает каждую деталь. Таким внимательным я его никогда раньше не видел.
Он обошел всё вокруг и изучил подходы к месту, где нашли труп. Меня же волновало что же такое с землей или с местом, что животным страшно.
Я присел на землю ровно там, куда лапы волков не ступали.
Кадочку со скитальцем поставил рядом, зная, что он более чувствителен, чем я. И на растение сразу нахлынула волна паники, будто само это место было противно его природе.
УСПОКОЙСЯ.
Скиталец через связь сбивал меня с толку, а мне требовалась концентрация. Я убрал его подальше и начал прислушиватся к месту, используя нечто подобное чувству жизни.
После минутного, прислушивания, я понял, что жива в земле не была разреженной, как на тропе. Ее тут просто не было. Как не было и жизни. Причем сейчас я ощутил, что отсутствует жива ровно в круге диаметром три шага, в который и не рисковали ступать волки.
Я закрыл глаза и прислушался. Да, это было похоже на то, что я сделал в саду, когда Символ Роста вышел из-под контроля: выкачанная жива, мертвая земля… но была и разница.
Мой «мертвый участок» сада был неровным, хаотичным. Символ, — а вернее мята, впитавшая его, — пожирала энергию и жизнь жадно, бессистемно. Просто то, до чего могла дотянуться. Здесь ситуация была другая. Я чувствовал, что земля тут высосана в форме круга, но надо проверить. Но самым тревожным отличием было то, что в моем саду скитальцу не было, так страшно, как тут. Да, неприятно, но он по моему приказу напитывал мертвую землю живой, тут… тут он боялся.
Я проверил форму высосанной земли несколько раз, обходя и проверяя ее, под недоуменным взглядом Трана и немного обеспокоенным Грэма. Они не понимали, что я делаю.
Вскоре я убедился, что высосанный круг не-жизни был идеальным, словно кто-то провел его циркулем и аккуратно выкачал все внутри. Удивительно. Теперь понятно, что это не животное и не случайность — тут требовался безупречный контроль над навыком или… чем-то похожим, на символ Роста, который я случайно применил. Осознание, что у кого-то в руках есть подобный навык было почему-то неприятно.
— Нет следов борьбы, — негромко сказал Грэм, поднимаясь. — Нет крови. Нет отпечатков лап или когтей. Ничьих следов я тоже найти не могу. И вот это самое странное, Тран. Если следов нет — значит, кто-то их очень умело скрыл.
— Это-то я и так понимаю, — вздохнул Тран, словно признав окончательно, что дело тут нечистое.
— Давай, Тран, нужно найти хоть что-то, какую-то странность. Думаю, твои волчары справятся, не щенки уже. Я знаю, ты можешь усилить их обоняние.
— Могу, но это будет непросто. — признал Тран.
А я про себя отметил еще одну способность приручителей, о которой не знал. Усиление органов чувств своих питомцев, если я верно понял слова Грэма.
Волки рассредоточились и начали всё обыскивать.
А Грэм стал задумчивым. Впрочем, он тоже начал искать следы.
Скитальца я убрал в корзину, еще помрет от страха.
Седой и рассветница таких тонкостей не чувствовали.
Я шел вслед за Грэмом, а Тран не спеша ходил чуть поодаль, снова с расфокусированным взглядом и полностью погруженный в своих питомцев.
Где-то через полчаса Тран вдруг сказал:
— Есть! Кое-что есть, Грэм.
— Веди.
Вокруг шел уже обычный зеленый лес, а костяная тропа исчезла из виду. Но спокойней от этого не стало. Наоборот, внутри меня поселилась тревога, несмотря на присутствие Грэма и Трана с тремя волчарами.
Остановились мы возле большого, ничем не примечательного дерева. Название его я знал — чернолистница. Правда, черными у него были не только листья, а и кора. Никаких особых свойств у него не было.
Грэм первым подошел к стволу.
— Сюда! — позвал он. — Но ничего не трогайте голыми руками.
На темной коре виднелось едва заметное маслянистое пятно. Черное, блестящее и очень похожее на отпечаток чьей-то сжатой ладони.
Грэм, наклонившись, принюхался.
Тран подошел ближе, и его лицо побледнело — видно ему в голову пришла какая-то нехорошая мысль.
— Это… это черная хворь?