Мы посмотрели друг на друга, оба хмыкнули и, заперев дверь, двинулись к Трану. Как непривычно было идти в гости, а не по делам, да еще и на собственный день рождения.
Седой, дремавший на заборе, при виде наших сборов оживился и решительно вспрыгнул мне на плечо. Видимо тоже собрался в гости. Я не стал его сгонять.
Мы отправились к Трану.
Во дворе дома Трана нас встретила Мира.
— Грэм! Элиас! — радостно воскликнула она, — А мы вас ждем и ждем. Всё уже готово.
Я взглянул на двор Трана, на волков, раскинувшихся то тут, то там в тени. Чуть в сторону были пустующие клетки. Видимо клетки нужны были только для новых зверей, с которыми еще не налажена связь, а эта волчья стая…она уже своя.
На нас они почти не реагировали. Все-таки мы уже приходили сюда, и наши запахи им были знакомы.
Двор был прибран, дорожки выложенные камнями и вели в сад, раскинувшийся вокруг дома. Всё было красиво и во всем чувствовалась женская рука — тот самый неуловимый, но везде ощущаемый уют, который она создает.
Я чуть прошел по двору, зашел в самое начало сада и начал присматриваться то к одному растению, то к другому… В прошлый раз я искал тут то самое «вредное» растение, и оценить сад более детально не мог. Сейчас хотелось. Тран, все-таки, совсем простые растения тут не держал, ведь это было источником его дохода. Как ни крути, выращиванием и продажей растений в Янтарном занимались многие, не только травники. Как, например, это делал Грэм. Другое дело, что качество этих растений обычно оставляло желать лучшего, да и погибали такие растения часто при пересадке. Так что часто выручить хорошую цену даже за редкое растение такие как Грэм или Тран не могли.
Я вздохнул.
И тут вдруг до меня донесся из дома такой запах, что у меня невольно засосало под ложечкой. Это была свежая выпечка: аромат сдобного хлеба и чего-то сладкого. А я ведь сегодня толком-то и не ел.
Я с удовольствием втянул этот запах и понял, что Грэм уже вошел внутрь, а я стою возле растений один.
— Элиас! Ну где ты там ходишь? — крикнул из дома старик.
Я вздрогнул и еще раз окинул взглядом сад. Вдруг я заметил одно из растений — что-то в нем было знакомое, будто я его уже знал. А еще при взгляде на него у меня завертелась в голове одна любопытная мысль. Как-то это растение было связано с болезнью Грэма…
Однако Грэм позвал меня еще раз, и я вошел в дом.
Седой тут же спрыгнул на пол и потом взобрался по одной из балок прямо под потолок.
Запах еды привел меня к месту, где уже сидел Грэм. Что-то вроде гостевой комнаты, где уже стоял накрытый стол с различным блюдами. Мое внимание тут же привлекло тушеное мясо со специями — оно источало густой, насыщенный аромат. Да, аппетит у меня сейчас зверский.
— Садись, — кивнул мне Тран на свободный стул.
Сам он сидел возле Грэма и они тихо переговаривались. Рядом сидела маленькая Лина. Выглядела она теперь как совершенно здоровая, румяная, живая малышка с блестящими глазами и круглыми щёчками. Она с любопытством уставилась на меня.
А нет, не на меня — ее взгляд почти сразу устремился вверх.
Я оглянулся.
Да, Седой карабкался по потолочной балке. Именно он ее и заинтересовал.
Поняв, что замечен, он спланировал прямо на стул к девочке, а потом и вовсе переполз к ней на плечо.
— Ой! — пискнула Лина, но не испугалась, а, наоборот, тут же восторженно прижала мурлыка к груди, не обращая внимания на его попытки вырваться. — Какой мягонький!
Седой замяукал, заерзал, попытался вырваться из цепких детских ручонок, но как-то… не всерьез, без обычной злости. Лина тискала его, гладила, а он, для виду повозмущавшись, вдруг успокоился и позволил себя держать. Потом, играясь, понарошку прихватил ее зубами за палец — едва-едва, не кусая по-настоящему. Девочка с визгом отдернула руку, рассмеялась и отпустила. Он взобрался на спинку стула, сев позади нее как…царь. Вернее, как старый вожак, который осматривает свои владения и подданных.
— Вижу Лина поладила с твоим ворюгой, — усмехнулся Тран, наблюдая за этой картиной.
— Да, — удивленно ответил я. — Обычно он не так дружелюбен. Точнее, мало с кем он дружелюбен.
Вскоре мы принялись за еду. Правда, перед этим что Тран, что его жена поздравили меня с шестнадцатилетием и, надо сказать, они придавали этому гораздо больше значения, чем я сам.
На столе стояло тушеное мясо, исходящее паром, свежий хлеб, какие-то печеные коренья и моченые ягоды. Грэм ел медленно и со вкусом. Не как обычно — торопливо, на скорую руку, будто заправляясь топливом перед дорогой, — он наслаждался едой, которую готовил кто-то другой и готовил намного вкуснее его и меня. Я не мог это не признать. Все-таки, когда ты готовишь просто чтобы поесть, после тяжелого дня и с мыслями о чем-то другом, это не одно и тоже, когда ты готовишь с душой и так, чтобы сделать «вкусно» другим. Именно так готовила Мира и это чувствовалось в каждом блюде. Даже я расслабился и просто наслаждался, последовав примеру Грэма. Лина кормила Седого кусочками еды: на что-то он охотно бросался, тут же съедая предложенное, от чего-то (и довольно часто) ворочал носом и фыркал. В общем, Лина с Седым на удивление поладили.