Она шлепнулась на деревянный пол и поползла к Рыхлому, который тут же открыл глаза и подхватил ее щипцами, но не спешил бросать ее в очаг. Он замер, пристально глядя на извивающуюся плакальщицу.
Я же дал Грэму еще немного живы, от порции которой он легче задышал.
— Ну как? — спросил я, глядя на пиявку. — Выживет она?
— Борется, — напряженно ответил Рыхлый, не отрывая взгляда от пиявки. — Пока не мешайте мне. Помогаю ей переварить.
Он снова на несколько минут ушел в себя, застыв.
Пока он был занят, я использовал Анализ на Грэме. Мне нужно было узнать, как много черной хвори убрала одна пиявка.
[Поражение каналов черной хворью 47.5 %]
А вот это было хорошо, очень даже хорошо. Полпроцента за одну пиявку — и это за две-три минуты мучений! Если мы продолжим в том же духе, то вычистим из него эту дрянь гораздо быстрее, чем я мог рассчитывать.
— Тебе лучше? — тихо спросил я Грэма.
Старик сплюнул вязкую слюну на пол и зыркнул на меня.
— Вообще мне хреново так, как не было никогда, — вяло улыбнулся он. — Представь, что эта мелкая склизкая дрянь ползает у тебя внутри, шевелится, вгрызается и сосет. Тогда и поймешь. Но… — он глубоко вдохнул, — наверное со временем я почувствую эффект. Но точно не сейчас.
Я понимающе кивнул.
Наконец Рыхлый громко выдохнул и открыл глаза. Плакальщица в его щипцах перестала бешено дергаться и теперь просто чуть шевелилась, уже как-то спокойно.
— Выживет, — с облегчением сказал он и аккуратно опустил пиявку в отдельный кувшин.
Неожиданно мне в голову пришла идея.
— Слушай, — сказал я, глядя на Рыхлого. — У меня есть штука, которая может помочь твоим пиявкам легче переваривать эту черную хворь. Специальная грибная выжимка, она обладает некоторой…эффективностью, против черной хвори.
— Грибная выжимка? — уточнил Рыхлый.
— Да, она деду помогает отхаркивать эту дрянь. Если дать ее пиявкам, шанс их выживания сильно возрастет. Точнее, черная хворь будет хуже к ним цепляться и будет ослаблена.
Рыхлый замер. Он смотрел на кувшин, обдумывая мои слова. — Нет.
— Почему? — удивился я.
— Если они будут сами переваривать черную хворь, без посторонней помощи, то они адаптируются и с каждым сеансом будут справляться с ней еще легче. Я хочу, чтобы у меня были пиявки, которые приучены жрать именно черную хворь. Мало ли кто еще может ее подхватить? Если я дам им твою выжимку, это будет похоже на костыль. Есть шанс, что они просто выплеснут из себя хворь наружу, или так и не выработают нужную естественную устойчивость. Кроме того, возможно если они сами будут справляться с черной хворью, то и с черной живой и черным туманом им будет намного проще. Во всяком случае, я точно могу сказать, что черная хворь более мерзкая штука, чем-то, что оставил Целитель в Клыке.
Я замер, осмысливая его слова. Да, в чем-то он, конечно, был прав, если судить в долгосрочной перспективе. Я же хотел вытащить из Грэма дрянь здесь и сейчас.
Но я не стал ничего говорить. Пока что.
— Может ты и прав, — кивнул я, — А по живе…затратно ли это? Много уходит?
— Еще как, — криво усмехнулся Рыхлый, вытирая пот со лба. — Выжимает досуха.
— Ладно, продолжаем? — спросил Грэм, выпрямляя спину и прокашливаясь.
— Ты готов? — уточнил Рыхлый, берясь за щипцы.
— Готов, — коротко кивнул старик. — Только воды немного выпью.
Он, чуть пошатываясь, встал, подошел к столу, где стоял кувшин с водой, и залпом выпил целую кружку воды.
— Ух…хорошо, — вздохнул он. — Теперь можно.
Процесс пошел по второму кругу. Я теперь сидел чуть в стороне, у двери, и только смотрел. Не мешал.
В это же время дверь тихо скрипнула, и в комнату скользнула Морна. Ее движения были всё еще неестественно скованными.
Увидев меня, она тут же присела рядом.
Я сразу осторожно прикоснулся к ее плечу и передал мощный, плотный поток живы.
Морна вздрогнула.
— Спасибо, — еле слышно выдохнула она.
— Как ты? — спросил я тихо, внимательно изучая ее лицо и открытые участки тела. Кожа всё еще бугрилась некрасивыми шрамами, местами виднелись свежие рубцы от срезанной корки. Да, так просто это не пройдет.
Она чуть отвернула лицо в сторону, словно пряча его от моего взгляда. Делала вид, что смотрит в сторону окна, за которым плотно свисали лианы с крыши. Да, сейчас она отличалась от той Морны, которую я видел в первые разы.
— Понемногу силы возвращаются, — ответила она тихо. — Скоро ведро воды смогу поднять.
Она издала короткий, нервный смешок.
— Но пока неприятно ощущать свою слабость. А еще осталось всего две бутылочки от «срывов».
— Я видел ингредиенты на столе, — ответил я. — Часть из них для твоего эликсира.