От каждого движения кинжала Иглыш морщился, но…терпел. Не издал ни звука. Я попытался отвлечь его разговором, а заодно немного прояснить ситуацию.
— Скажи, — негромко спросил я, продолжая работу, — Почему ты не ушел со своей сестрой к Целителю? Она ведь хотела.
Иглыш тяжело сглотнул.
— Потому что я знаю, что это всё обман.
— С чего ты взял?
— Я видел Клыка, — просто ответил парень. — Я хорошо его знаю. Он костник и ему каждый день больно. Каждый! Он привык к боли и он не трус. Он бы никогда не сбежал от Целителя просто потому, что испугался боли лечения. Боли он не боится. Если Хельм соврал нам в этом… значит, он соврал и во всем остальном.
Я удивленно посмотрел на подростка. Кажется, у кого-то мозгов больше, чем у других. Уж точно поболее, чем у сестры. Жаль, что ему так сильно досталось.
— А сестра? — я нанес слой мази на его плечо. — Ты ей доверяешь?
Иглыш нахмурился.
— Почему ты спрашиваешь?
— Ты сам понимаешь почему, — прямо ответил я. — Она агрессивно настроена и открыто говорит, что хотела уйти с Хельмом. Как мне, или Морне, или Рыхлому знать, что ей можно доверять?
Парень долго молчал. А я не торопил его с ответом.
— Я верю, что в спину она не ударит, — наконец глухо произнес Иглыш. — Да, она вспыльчивая и иногда….злая. Но она не предатель. Она хотела уйти с Хельмом просто потому, что все, кого она знала и с кем общалась в деревне, ушли туда. Ей было страшно оставаться с чужими. Но всё же ради меня она осталась.
— Осталась, — согласился я. — Это о многом говорит.
А потом спросил вот еще что.
— Может, есть кто-то, кому из тех, кто остался с ней на переднем дворе, нам точно не стоит доверять?
Иглыш снова нахмурился, поджав губы.
— Послушай, парень. Я не желаю вам зла, — искренне сказал я, — Но Хельм и этот так называемый Целитель ведут охоту на таких, как Морна и Рыхлый. Ты ведь знаешь, что Клыка ночью в деревне пытались убить? Подослали шипоземов. Это уже даже не вопрос доверия — это вопрос выживания. Я не хочу, чтобы Морна, ее дети, Рыхлый или маленький Лорик погибли во сне от удара в спину, понимаешь? Они важны для меня точно так же, как тебе важна твоя сестра.
Иглыш несколько секунд смотрел на меня, оценивая мои слова. Затем он словно сдался.
— Мне не нравится Ржавый, — шепнул он. — Он скользкий.
Да…ничего конкретного — просто «скользкий». Ну…этот тип и мне не понравился, но это не повод сразу записывать его в предатели или двойные агенты
— А этот, каменный?
— Нурл? — Иглыш покачал головой. — Нурл прикрыл меня своим телом, когда мы выбирались из деревни, пусть это и не сильно мне помогло.
Вскоре я убрал большую часть черной дряни с тела парня. Мази, как я и предполагал, на всё тело не хватило. Расспрашивать парня еще больше я не хотел, и так спросил все что меня интересовало. Но…в дальнейшем наладить контакт с другими гнилодарцами определенно стоило. Просто потому, что зависеть от Рыхлого и Морны я не хотел, а те гнилодарцы что на заднем дворе могут быть довольно полезными.
— Пока так, — сказал я Иглышу, вытирая руки. — Мазь закончилась, поэтому…
— Спасибо, —выдавил подросток, — И так стало намного легче.
Я замер, а потом недолго подумав, решил всё же дать ему один эликсир. Сначала я сомневался, тратить ли его на «пришлого», но решил, что этот парень с его наблюдательностью и честностью вполне может стать нашим верным союзником в будущем. Возможно…если я не ошибаюсь в нем. Может это было немного наивно, но он мне нравился — было в нем что-то «другое», не такое как у остальных гнилодарцев.
— Пей до дна. Сразу станет легче.
Иглыш послушно выпил. По его лицу пробежала волна облегчения и он вздохнул.
Я утер выступивший на лбу пот и случайно поднял взгляд. Морна, лежащая на своей циновке, смотрела на меня не отрываясь. Я понял, что с ее звериным слухом она слышала каждое слово из нашего тихого диалога.
Майя сидела в углу с закрытыми глазами, погруженная в транс, а вокруг нее успокаивающе гудели пчелы. Лира сидела рядом с бессознательным Маликом, гладя его здоровую руку.
Во время лечения я вообще перестал обращать на них внимания.
Иглыш же, пошатываясь, встал.
— Пойду наружу… тут душно.
Рыхлый помог ему выйти.
Я остался сидеть в комнате возле таза с грязными тряпками. Честно говоря, после лечения Морны, Малика и этого парня я подустал: сидеть и пытаться сделать всё аккуратно, не причиняя лишней боли и не задевая ничего важного было довольно утомительно.
— Что такое? — спросил я, заметив, как странно Морна продолжает сверлить меня взглядом.
— Да так… — тяжело и хрипло ответила знахарка. — Удивлена.
— Чему?
— Тому, что ты решил помочь… всем. Даже чужим.
Я пожал плечами.
— Они тоже люди и им тоже больно. А этот паренек…как будто хороший.
— Судишь о людях, ничего о них не зная. — заметила Морна.
Ей явно стало легче говорить.
— Пока не ошибался. — ответил я, — Ни в тебе, ни в Рыхлом.
Она что-то хотела ответить, но замерла с открытым ртом.
А я…меня в тот же миг накрыло.
Связь с Виа.
Пока я был погружен в лечение, то совсем перестал контролировать лиану. Более того, мозг как-то сам собой приглушил связь, чтобы она не мешала мне работать. А я и не обратил на это внимания.
Дерьмо!
Сейчас же я почувствовал тревогу, которую передавала мне Виа.
Что-то случилось. Но что?
Мне нужно было срочно использовать глубокую связь и взглянуть ее глазами, но для этого…
— Мне нужно время, — бросил я Морне. — Не позволяй меня никому беспокоить. Это…важно.
— Элиас? Что случилось? — в ее тоне прорезалась тревога.
— Пока не знаю…скоро пойму….
Я моментально отсел в самый темный угол комнаты, и отвернулся лицом к бревенчатой стене, плотно зажмурив глаза. Пусть Морна и знала, что я симбионт, но кроме нее сюда мог войти кто угодно и увидеть сияющие глаза. Тот же Рыхлый про меня знал не всё. И я не хотел, чтобы знал.
Я сделал глубокий вдох-выдох, полностью отрезал себя от внешнего мира и нырнул в Глубокую Связь.
Нужно было понять, что же так встревожило Виа.
Глава 18
Я смотрел «глазами» Виа.
Мир вокруг моргнул и преобразился. Исчезли запахи затхлого дома, ушла духота и посторонние звуки. На меня обрушился хаос из нечетких форм и пятен, раскрашенных в различные спектры тепла. Зрение Виа, конечно же, кардинально отличалось от человеческого, но я уже начал к нему привыкать. Главное — не пытаться искать в нем детали сразу, а поначалу просто фокусироваться на интенсивности свечения. Потом конечно можно искать и детали, но сейчас не до этого.
Тепловое пятно Грэма было впереди: я его узнал не сам, — хоть уже и видел его раньше через Виа, — нет, Виа сама глядя на старика вспомнила мои команды защищать и не трогать.
Что случилось?
Я не мог так быстро понять, что именно так встревожило ее. Грэм двигался по лесу осторожно, но уверенно. Его сердце билось ровно и я буквально чувствовал эту мерную пульсацию энергии, которую Виа воспринимала как легкие ритмичные вспышки.
И тут я понял в чем дело: слева и справа от тропы (скорее всего), по которой шел Грэм, затаились еще два пятна. Они были слабее и тусклее, а их тепловой след дрожал и казался рваным. Такое я уже видел раньше — у гнилодарцев с поврежденными духовными корнями. И они явно ждали старика, а может кого-то другого. Засада.
Дерьмо! — выругался я про себя. — Только этого не хватало!
Я понимал, почему Виа была в замешательстве — она видела угрозу, но не знала, что делать. Нападать? Предупредить Грэма? Но как? Она не умела такого. Если она просто прыгнет к нему, или как-то попытается достучаться до него, прикоснуться, уколоть, чтобы привлечь внимание, старик может решить, что атакуют именно его и что я, возможно, просто потерял контроль над лианой. Да, у нас с Грэмом не было системы сигналов, это мой просчет. Я не научил лиану как показывать, что впереди враг или предупреждать о чем-то другом так, чтобы Грэм это понял. Я настолько привык, что всегда с ним и сам могу объяснить в чем там дело, что не задумывался об этом.