И расхохотался, глядя на наши ошарашенные лица.
— Чего только не выдумают, лишь бы жить фантазиями, верно? Но один мечтатель точно смог. Пути открылись ему спустя годы. Мальчишке пришлось стать правителем сначала города, а затем и целого континента. Покорить дальние земли, сражаться с врагами, познать свой дар, и лишь потом он увидел звёздную дорогу.
Где-то громыхнуло, и я выглянул из-под шатра. Гроза в пустыне? Но нет, то было виде́ние. И громыхала гряда огромных вулканов, исторгая лаву. Первый мир, который увидел мечтатель, был огненным. Чистая стихия правила там, живое пламя.
Целители едва сумели спасти его, вернувшегося из первого путешествия.
Ходящий отлежался, поразмыслил и вновь отправился в путь, но в этот раз подготовился к любой угрозе. Ну, как он тогда думал. Но, как и говорил дух, не все миры были приятными. Тогда-то его и посетила идея врат.
— Врат? — всё же перебил я, услышав знакомое название.
Хранители врат — ими должны были стать беспутцы в другом мире. А значит, врата эти нужно было сделать. Честно говоря, я полагал, что проходу просто нужно придать вид привычных ворот. Исключительно для удобства.
— Врат, врат, — вздохнул джинн, смирившись с моим нетерпением. — Места, безопасного для обеих сторон. Переходное пространство, чтобы оценить окружающее. Ну и чтобы оно оценило тебя.
— Что-то вроде чистой зоны?
— Чистой зоны? — непонимающе нахмурился он. — Наверное, мне незнакомо это слово, но я вижу, что ты вкладываешь в него. Да пожалуй, что-то вроде. В легендах нет технических подробностей.
Но, судя по дальнейшим словам, подсказок было предостаточно.
Врата становились связующим звеном, скрепляя миры. И после их установки ходить туда-сюда возможно было лишь через них. Всем, кроме Ходящих, безусловно. Так, мол, изначально и было. Пока «бусины» не рассы́пались, а точнее не собрались во что-то наподобие постоянно хаотично движущейся кучи-малы. Некоторые слились неразрывно, например, мир призраков и наш. Также и с теневым случилось.
Миры из одного «ожерелья» вроде Великой пустыни соприкасались с нашим не постоянно, но притягивались друг к другу. Хакан создавал эти временные переходы, но сделать устойчивыми не мог.
Голова загудела от попыток вообразить всё это.
Основываясь лишь на поэтичном рассказе джинна, сделать это было нелегко. Я был ремесленником, а не поэтом. Мне подавай схемы, чертежи и требования к материалам. Собирать бусины, нанизывая их на звёздную нить — звучит романтично, но ни черта же непонятно.
— Был артефакт, — выдал призрак, измотав меня литературными метафорами. — Создающий врата.
Вот с этого и стоило начать! Я оживился, но зря.
Про загадочное устройство вообще ничего не было известно, кроме его существования. Подвиги этого выросшего мальчишки и подробные описания встреченных препятствий — сколько угодно. А артефакт просто был. Ну кто так легенды пишет? Ясно, что тот Ходящий был универсалом, но явно не владел артефакторикой. Кто-то ему сделал артефакт, а он и промолчал про роль неизвестного мастера. Ну или тот не захотел огласки, тоже вариант.
— Это был человек? — уточнил я.
В ином случае поиски весьма затруднились бы.
— Да, Искандер-амир, — кивнул дух. — То был инсан, человек.
Жаль, что я уже вернул Баталову пропуск в подземное хранилище, когда вызвал его к месту гибели князя Житновского. Хотя тот и не просил. Порой всё же стоит быть забывчивым, когда это полезно, а не просто так.
Впрочем, я не думал, что Роман Степанович мне откажет в доступе, попроси я об этом. Так я и решил сделать. Должны быть хоть какие-то упоминания в архивах. Всё-таки вещица нетривиальная. Пусть будет описана в качестве мифа, но я почти наловчился переводить со сказочного на нормальный язык.
Мой новый дар, еле теплящийся, как и надежда быстро отыскать нужную информацию, вёл меня вперёд. Я ощущал эти самые пути и прочие миры, но будто миражи, которые не разглядеть детально.
Может просто стать мечтателем? Я усиленно захотел вернуться домой и вдруг оказался у себя в спальне.
— Ух… — начал я, но закончил уже не так жизнерадостно… — ты…
Рядом стоял Хакан и поклонился, сообщив, что моё желание исполнено. Пришлось возвращаться с его помощью и попрощаться, как положено воспитанному человеку.
Сразу же писать главе тайной канцелярии я не стал.
Вряд ли у него был выходной, я сомневался, что они у него вообще есть, но прежде мне хотелось кое-что прикинуть и изучить. Да и понимал, что просьба моя приведёт к очередному обсуждению грандиозных планов насчёт княжеского совета, излова остатков фантомов и прочим хлопотам.