— Да, — заворожённо кивнул я.
Потрясающий экземпляр. Роман Степанович тоже будет в восторге.
В итоге я сам предложил отдавать половину выручки, а ещё и докладывать о тех, кто нелицеприятные вещи про Авдея Мироновича говорит. Самое сложное было не перестараться, всё же давно уж отвык изображать другого человека. Последний раз мне дался особенно тяжело, но там и цель была стоящая.
Способность к преображению у меня всегда вызывала уважение. Какую силу воли нужно иметь, чтобы сохранить себя, притворяясь совсем иным.
Один из лучших шпионов будущей империи, весельчак и балагур на публике, однажды мне поведал свой секрет. Самое натуральное раздвоение личности, тоже своего рода расщепление психики, но строго контролируемое. Там я один, тут — другой. Правда, он признался, что иногда сам не понимал уже, где настоящий…
— Вы мне сразу же звоните, если какие-то вопросы или проблемы, — Усач протянул мне карточку. — Не забывайте, вы теперь не один.
Радость его стала столь неприкрытой, что мне с трудом удалось его поблагодарить. К тому же я поделился частью жизненной силы, иначе бы он не поверил. Такие люди буквально питаются чужой энергией, на интуитивном уровне ощущая, когда что-то пошло не так.
Когда он ушёл, я подождал несколько минут, прежде чем выйти на улицу. Удостоверился при помощи магии, что никто за мной не следит, и махнул Смазливому рукой, чтобы он следовал за мной. Мужчина уже вполне уверенно стоял на ногах, почёсывая ушибы и дыша мощным перегаром.
К счастью, иных ароматов он не распространял, поэтому я усадил его в автомобиль и отправился в лечебницу, к мастеру Павлу Фёдоровичу, с которым я связался по пути. Лекарь, как всегда, принял без лишних вопросов. Только слегка удивлённо взглянул на мою маскировку. Но затем пожал плечами и пообещал позаботиться о пациенте.
Щедро оплатив его услуги, я поехал домой.
Но, прежде чем осуществить изначальный план отоспаться, я выпустил пар. Для этого идеально подошла колка дров. Пока не заныли мышцы — то, что нужно, чтобы расслабиться.
Не менее терапевтический эффект произвёл ароматный горячий чай, который принёс мне Прохор, когда я закончил расправляться с поленьями. После этого я прогнал из разума все эмоции и отправился в спальню.
Морской воздух окончательно сдул гадкое ощущение после общения с Усачом.
Водный простор, соль на губах и ветер, забирающийся в волосы. И невероятная мощь стихии. Это придавало сил, вдохновляло и стирало все тревоги. Море!
Мы вышли с адмиралом на его баркасе. Брать парусник было бы неразумно и слишком заметно. Да и пришлось бы немало внимания уделить его управлению. А старая лодка, болтающаяся на волнах, никого не интересовала.
Граф Волков тоже не спросил, зачем мы выходить в залив. Надо так надо. Золотой человек, как и многие, с кем мне повезло познакомиться.
В кармане лежал аквамарин, и я сжимал его, пока мы шли к горизонту.
Судно нещадно болтало, но я быстро подстроился под этот с виду хаотичный ритм, и словно подтанцовывал ему, передвигаясь по палубе. Брызги волн и крики чаек были единственными сопровождающими в нашей вылазке.
— Ваша светлость! — проорал адмирал, высовываясь из рубки. — Ежели вам без разницы, куда идти, то давайте возьмём правее?
— А что там?
— Сеть кину, — признался он. — Говорят, лосось пришёл сюда. Столько, что разрешение всем выдали, у кого оборудование есть.
— Конечно, — кивнул я, хватаясь за фальшборт, потому что Волков тут же круто изменил курс, чтобы не пробивать волну напрямую.
Мне было без разницы, где осуществлять задуманное. А так хоть граф заодно порыбачит. Я уже прислушивался к заливу, подключив источник. Море было неспокойным, но эта сила ощущалась приятно.
Судно замедлило ход, скрипнула траловая лебёдка.
Я сосредоточился на магии. Обманчивое впечатление создавала толща воды. Вроде столько вокруг силы — бери, сколько захочется. Заманчиво. Вот только искушение может привести к переполнению источника. Нужно действовать аккуратно — скользя по поверхности и собирая равномерно крупицы.
Приняв устойчивое положение, я достал камень и взялся за перекачку силы воды.
Сначала просто напитал источник под завязку. Выпустил наружу, чтобы утихомирить волны вокруг. Судно мгновенно перестало качать, отчего я чуть не потерял равновесие. С кормы донеслось ругательство.
Я оглянулся и помахал адмиралу. Тот усмехнулся и покачал головой.
Аквамарин был всё так же пуст.