— Александр Лукич.
— Александр Лукич. Я всё детство провела в подобных местах. Ну, то есть в библиотеках. Перечитала все сказки, а затем и секретные… сказки. А после… Удалось встретиться с одним из них! — с восторгом сказала она.
Надо бы их с Хаканом познакомить. Сейчас она была похожа на ту самую девочку, читающую по ночам сказки. С головой под одеялом, освещающая страницы крошечным эфирным амулетом, чтобы никто не заметил, что она не спит.
— Именно сказки джиннов меня и интересуют, — я отложил свою книгу. — Если быть точным, то легенды о ходящих между мирами.
— А, вы про это? — обрадовалась Зотова, и я замер. — Легенда только одна, и то записанная много веков назад одним из султанов… Запамятовала его имя. И потом переписанная несколько раз, насколько я поняла. Довольно много там расхождений. То ли переводчик был плохим, то ли что-то упустили нарочно. Но я нашла самую старую версию…
Удивительная девчонка. Мало того что нашла, так и перевела, потратив на это очень много времени. То есть изучила мёртвый язык. Один из многих, насколько я понял. Увлечение у неё такое было.
Можно понять, отчего тайная служба так за неё уцепилась. Помимо тёмного дара, обнаружился талант к языкам. Да и другие таланты наверняка.
Я слушал, не перебивая и не задавая вопросов, хотя хотелось почти нестерпимо.
Султан с забытым именем тоже был тем ещё любителем преданий. И собирал их по всему свету, но главный сборник был о джиннах. Вроде как одного победил в бою и тот, чтобы сохранить жизнь, долго рассказывал легенды своего народа.
А Террамор же ничего не смог найти, потому что тот исходный текст так и остался непереведённым. Зотова его прочитала и за следующую сказку взялась.
Из оригинала вырезали как раз само понятие Ходящих. И их Гончих.
Именно так, Гончие были спутниками магов, способных ходить между мирами. Служили защитой от монстров, таившихся в темноте. Так было изначально, пока не случилось нечто, изменившее порядок вещей.
Гончие создавались при помощи тёмной магии и служили для того, чтобы рвать на части тех самых Хранителей Пустоты. Это было частью пробуждения аспекта. Ну, так говорилось, что это необходимо.
Но однажды…
Я понял, почему Зотова так зачитывалась той сказкой. Ведь главный её герой был героиней. И я уже знал, как ту звали.
Ведь, по легенде, однажды появилась девушка, которая не захотела создавать нечто столь ужасное. Ей было жаль и животных, из которых делали Гончих, и даже монстров Пустоты. И она решила всё изменить.
Глава 22
Из слов древней сказки, чьи следы давно потерялись в веках, я окончательно сделал вывод, что Ходящие — универсалы.
Ведь, по словам Зотовой, этих самих Гончих для перемещения между мирами маг создавал себе сам. То есть использовал анималистику и некромантию. Да и прочие аспекты, похоже.
Пса, подходящего по размерам и характеру, следовало сначала вырастить и воспитать, а потом и превратить в нечто уникальное. Ну, так выражаются обычно некроманты. Превратить. По сути — умертвить.
Ясно, отчего первая дочь Аламута не захотела пойти этим путем. Девушке стало не просто жаль, она возмутилась такому варварству и жестокости.
А когда негодует универсал… Все правила могут идти к чертям.
— И она ушла одна, — тёмная перешла на шёпот и широко распахнула глаза, невольно наклонившись вперед. — Сделала то, что считалось невозможным.
Зотова на мгновение замолчала, и в её взгляде появилась какая-то грусть, но быстро исчезла. Интересно, что же невозможного для темного мага? Разве что стать светлым.
Но рассказ продолжился и больше Зотова не отвлекалась, погружая меня в историю.
Ходящая вернулась спустя месяц. И не одна.
Что произошло с ней в том путешествии, легенда умалчивала. Но девушка сильно изменилась. Жалость у неё осталась лишь к созданиям, обитающим на звёздном пути. Их-то, то есть свору Гончих, она и спустила на своих учителей. На джиннов то есть.
И бесстрашные воины пустыни дрогнули. Практически неуязвимые для нападения физического, они были бессильны против существ, которым было плевать на такие условности. Плоть, пламя, песок — всё они были способны поглотить.
Элементали бежали в мир людей. И в Великой пустыне стала править царица песков.
— Она правила там, в мире джиннов? — всё же перебил я, удивившись.
Не упоминал такого Хакан про свой народ. Да я вообще не слышал, чтобы такое в принципе случалось. Да и ассасин явно не знал про этот момент.
— Ну как правила… — смутилась Зотова. — Никого там не осталось, кроме неё и Гончих. Песок и ветер. Царица целого мира без подданных.