Начавший агрессию, тем более несправедливую, рано или поздно будет вынужден на своем жизненном примере познать справедливость слов Спасителя: "Кто с мечом придет, от меча и погибнет". Что греха таить, мы все могли убедиться как нередко различные журналисты, начавшие агрессивно обличать и ниспровергать всех и вся, в итоге получали обратный удар судьбы.
Особенно показателен случай, произошедший с главным "телекиллером" (так между собой звали его собратья по цеху) Первого канала. Тот совершал заказные информационные "наезды" на различных политиков, к которым он сам, по собственному признанию, относился "как к каким-то зверькам". Однажды, в силу непомерно возросшего чувства безнаказанности, он совершил реальный наезд, уже на мотоцикле, на ни в чем не повинного человека и теперь живет в ожидании предъявления официального обвинения.
Иногда эти удары казались адекватными содеянному, а иногда выражались в куда более жесткой форме, чем заявление "по собственному желанию", написанное под давлением главного редактора, или переход на менее выгодную работу в связи с расформированием канала, закрытием газеты и продажей журнала другому денежному мешку. Число убитых журналистов в России достигло уже нескольких десятков человек.
Недавно я беседовал с одним умным человеком, который убеждал меня, что все журналисты - продажные карьеристы, цинично думающие только о своем личном успехе и обогащении и усвоившие, из страха показаться старомодными и сентиментальными, развязный тон, с помощью которого "мочат" всех, кто попался им под руку. При этом, утверждал мой собеседник, хорошо знавший журналистский мир, они боятся своего начальства гораздо больше, чем обычные работники в большинстве коммерческих фирм. Я согласился с ним только в той части, которая касается цинизма, хотя встречал массу журналистов, стонущих от развязного стиля, который не столько востребован обществом, сколько навязан сверху. Что касается смелости, то немало журналистов любых направлений и газет, по моим наблюдениям, в достаточной степени обладают этим качеством и когда разоблачают коррупцию в высших эшелонах власти, и когда пишут о криминале, и когда посещают горячие точки. То, что они не решаются выступить против развязного стиля, говорит не столько об их трусости, сколько о том, что они пока не умеют говорить на другом языке, а нагловатый тон на сегодня позволяет лучше, чем другие интонации, быть услышанным в многоголосой журналистской "ярмарке тщеславия".
И, тем не менее, многие из журналистов страдают от различных психологических ударов, опасностей и проблем, среди которых я выделил бы следующие:
невозможность отказаться от заказных статей и материалов, навязываемых начальством и владельцами печатных и электронных средств информации и содержащих в себе слишком большой объем лжи, в случае публикации вызывающих внутренний протест и шевеление совести; пренебрежительно-хамское обращение начальства, относящегося к журналистам как к "массажистам, которые все время должны это начальство ублажать" (так выразился один журналист во время консультации со мной по проблеме выработки стратегии защиты от его начальника); риск за свои разоблачительные материалы о криминале или о сильных мира сего получить пулю в лоб или другие, пусть и не связанные со смертью, но способные испортить жизнь неприятности; риск быть убитым или похищенным в горячих точках, которых становится в России все больше и куда приходится ездить все чаще; риск быть вызванным в суд какой-либо скандально-известной знаменитостью, о которой, опять-таки по заказу начальства, пришлось написать что-то, задевшее кумира толпы.
Давать советы, которых прямо не просят, глупо или наивно, тем более, что подавляющее большинство журналистов в силу высокого положения, занимаемого четвертой властью в мире, считают себя вполне самодостаточными и умными людьми. Почти все из них умеют скрывать проблемы за маской развязной уверенности. Однако проблемы существуют и нарастают. Особенно сильно страдают в России от произвола властей и от бедности провинциальные журналисты. На этом невротическом фоне особенно остро проявляют себя описанные выше риски, стрессы и психические травмы. Когда я спросил одну успешную журналистку, будут ли читать эти страницы ее коллеги и вынесут ли они отсюда что-то полезное, она, подумав, сказала, что все-таки вынесут, но не покажут вида, потому что, как она выразилась, "собственной защиты у них не хватает". Потому и я рискну высказаться о проблеме защищенности в этой профессии, которая с каждым годом становится все более экстремальной.