— Говорю в последний раз, — в тон ему ответила Би Джи, — Выбросьте из головы, что все должны бросаться делать то, что вам нужно. Если вам нужно, чтобы я поискала нужный металл, то вы пойдете со мной и станете мне помогать.
Они впились друг в друга взглядами. Ну что ж, покорно подумал Альва, не очень-то мне и хотелось этого кекса.
Они пошли тем же маршрутом мимо тварей, которые щебетали, каркали, ревели и шелестели. Главное, вспомнил Альва, нужно отвлечься от окружающего.
— Скажите мне кое-что, — сказал он в подстриженный затылок девушки. — Вы все равно считаете, что я ничего бы не продал, даже если бы не схватился с тем фермером с корзинкой?
— Конечно.
— Но почему? К чему все это отрицание техники? Или это у вас является табу?
Она ничего не ответила.
— Это что. из-за вашего страха, что Города одолеют вас? — настойчиво продолжал Альва. — Но это же глупо. У нас, как и у вас, есть свои интересы. Мы только хотим торговать с вами техникой — и помогая вам, мы помогаем себе. И чем богаче вы станете, тем лучше для нас.
— Не в этом дело, — просила девушка через плечо.
— А тогда в чем? Это беспокоит меня. У вас все запасы сырья — и все земли. Вам вообще не нужно было ждать, когда мы придем к вам — вы могли бы построить собственные заводы, производить собственные машины. Но у вас ничего этого нет. Я не могу понять, почему.
— Не стоит даже браться за это.
Альва закашлялся.
— За все стоит браться, что помогает вам сделать ту же работу более эффективно, более интел…
— Подождите минутку, — остановила девушка какую-то женщину, идущую по проходу между клетками. — Мардж, а где Док?
— Кажется, внизу, у круглых червей.
— Передайте ему, что мне нужно его видеть. Срочно. Мы подождем здесь. — Она проследовала в комнатушку без окон, тесную и загроможденную, как и все остальные, что видел здесь Альва.
— Ну, видите ли, — сказала она, — мы не возимся с машинами, потому что большинство людей просто не испытывает в них потребности.
— Это же просто смешно, — тут же принялся спорить Альва. — Не можете же вы считать…
— Помолчите и дайте мне закончить. У нас нет централизованной власти или же промышленных центров. Но как вы думаете, почему Города не разбили нас во время войны, когда так стремились к этому? Как вы думаете, почему мы захватили весь мир, за исключением двадцати двух городов? Рано или поздно вы должны понять, что наши растения и животные гораздо эффективнее, чем любые машины, которые вы можете создать.
Альва в упор посмотрел на нее. Глаза у нее были блестящими и полными решимости. Грудь высоко вздымалась при дыхании. Всем своим видом она подчеркивала серьезность своих слов.
— Чепуха! — с достоинством ответил он.
Би Джи нетерпеливо покачала головой.
— Я знаю, что у вас есть мозги. Используйте же их. Какие самые дорогие компоненты из тех, что входят в состав ваших машин?
— Металл. По правде сказать, он нам очень нужен.
— Подумайте дальше. Что должны экономить и заменять все ваши устройства?
— Ну, рабочую силу.
— Человеческую рабочую силу. Если металл дорогой, то лишь потому, что стоит много человеко-часов.
— Ну, если хотите смотреть с такой точки зрения…
— Но это правда, не так ли? Почему сложные вещи дороже простых? Потому что требуется больше человеко-часов, чтобы сделать их. Почему редкие вещи дороже распространенных? Нужно больше человеко-часов, чтобы отыскать их. Почему…
— Ну, и к чему вы клоните?
— Возьмем вашу малолитражку. Вы видели, что эта вещь заинтересовала людей больше всего. Но я скажу вам, почему вы никогда не продали бы ни один ее экземпляр. Сколько человеко-часов ушло на ее производство?
Альва беспокойно замялся.
— Но она же сейчас не работает. Сейчас это просто кусок металла.
— Предположим, что она работает, — фыркнула девушка. — Так ответьте мне честно. Прикиньте все — амортизацию заводского оборудования, материалы, рабочую силу и так далее. Можете считать заработную плату и цены в ваших деньгах… Хотя бы приблизительно.
Альва подумал.
— Где-то между семьсот пятьюдесятью и тысячей.
— Теперь сравните это с Утренней Гаммой Свифта — существом, с которым вы устроили гонки. Два человеко-часа… Всего два, и то еще я назначила щедрую цену.
— Интересно, — сказал Альва, — если это так. — Он подавил позыв тошноты.
— Считайте сами. Час на ветеринара, когда Гамма была жеребенком. Прикинем еще один час на амортизацию конюшни, где она росла и содержалась, и то это слишком много. Конюшню вырастить не так уж трудно, а живут они долго.