Оно походило на обыкновенного капуцина, не считая гротескно большой головы.
— Уйди, — сказал Альва и шагнул вперед, делая угрожающие жесты.
Животное что-то пробормотало и осталось на месте.
Дорога была заблокирована. Ладно, есть и другие выходы. Альва прошел чуть назад и свернул направо.
Там снова сидела обезьяна.
На следующем перекрестке их было уже две, и Альве невольно пришлось повернуть налево.
Потом снова направо.
Потом прямо.
И он оказался на пустом открытом месте, окруженном со всех сторон зданиями.
— Это внутренний двор, — сказал Битер, пройдя вперед со следующей за ним девушкой. — Будьте разумны, Альва. Вы хотите вернуться в Нью-Йорк, не так ли?
Казалось, это не требовало ответа. Альва молча уставился на него.
— Хорошо, — продолжал Битер, — но есть всего один способ, каким вы можете воспользоваться. Это будет нелегко — я даже не говорю о том, что вам не раз выпадет шанс бороться. Но только от вас зависит, каким трудом все это вам обойдется.
— Ближе к делу, — сказал Альва.
— Вам придется позволить нам декондиционировать вас, чтобы вы могли есть нашу пищу и ездить на наших животных. А теперь подумайте об этом и не принимайте поспешных…
Альва повернулся, ища самый короткий выход наружу. Но прежде чем он нашел его, в голову ему пришла головокружительная мысль, и он повернулся обратно.
— Но в чем тут загвоздка? — спросил он, впившись взглядом сначала в Битера, потом в Би Джи. — По какой причине вы так услужливы? Вы что, специально все это подстроили?
Битер невесело рассмеялся.
— Неужели бы вы не раскусили подвох? Нет, Альва, но я признаюсь, что мы очень заинтересованы в вас по собственным причинам. Впервые за тридцать лет у нас проявилась возможность изучить Горожанина. Но все, что я вам сказал, правда. Если вы хотите вернуться домой, то это ваша единственная возможность.
— Тогда я покойник, — сказал Альва.
— Вы то, чем считаете себя, — сказал ему Битер. — Попробуйте вы, Би Джи.
Девушка смерила Альву взглядом.
— Вы думаете, что мы предлагаем невозможное. Верно? Но, разумеется, мы можем это сделать. Полагаю, вы уже понимаете, что ваш народ просто отсталый по сравнению с нами.
— Как вы себе это представляете? — спросил Альва со смесью злости и любопытства.
— Легко. Вероятно, вы плохо знаете биологию, но это-то должны знать. Какое качество делает человека доминирующей расой на этой планете?
— Вы хотите сказать, — фыркнул Альва, — что я не так умен, как Навозник?
— Нет, не ум. Попробуйте еще раз. Есть нечто более большее — ум лишь часть этого свойства.
Терпение Альвы натянулась, как тонкая нить.
— Скажите сами.
— Ладно. Мы любим считать, что важнее всего разум. Но это не так. Есть нечто важное, чего кит достигает своими размерами, а микроб — быстротой размножения. Но…
— Контроль окружающей среды! — воскликнул Альва.
— Правильно. Другие его названия — способность к адаптации, приспосабливаемость. Ни один организм не может быть таким независимым от окружающей среды и таким приспосабливаемым, как Человек. Мы могли бы жить в Нью-Йорке. Если бы захотели, за Северным полярным кругом или в тропиках. А так как вы не осмеливаетесь даже попробовать начать жизнь здесь…
— Хорошо, — секунду подумав, мрачно сказа! Альва. — Когда начинаем?
VI
ОН ОТКАЗАЛСЯ от гипноза.
— Вы же обещали помогать, — с раздражением сказала Би Джи. — Мы не можем сломать ваши внутренние барьеры, если не узнаем, из чего они состоят, понимаете вы это, болван?
— Все равно, все это нелепо, — ответил Альва. — Я сказал, что разрешу вам попробовать, и разрешаю. Вы можете обследовать все мои внутренности — но только не мозги. Я внес достаточно большой Вклад Необходимых Работ в специальных лабораториях. Военные секреты. Откуда мне знать, что вы не станете расспрашивать меня о них под гипнозом?
— Да нас не интересуют… — начала было неистово Би Джи, но ее прервал Битер.
— Мы… Однако, Би Джи, нам было бы важно узнать подробности оборонительных сооружений Нью-Йорка, и я бы спросил его об этом, если бы получил такую возможность. — Он вздохнул. — Ладно, есть и другие способы добраться до его подсознания. Альва, откиньтесь на спинку и расслабьтесь.
— И никаких уловок? — с подозрением спросил Альва.
— Нет, мы просто собираемся попытаться усилить ваши сознательные отклики. Расслабьтесь… теперь закройте глаза. Подумайте об этой комнате, она ведь уже знакома вам. Опишите ее мне. Не спешите… А теперь мы пойдем в прошлое… далеко в прошлое. Вам три года и вы что-то уронили на пол. Что это было?..