— Я собираюсь просить вас сделать кое-что трудное, — сказал Альва. — Это… это… Обдумывайте то, что я вам говорю. Сейчас вы не думаете, вы просто реагируете…
Он услышал за спиной шелест движения, увидел, что глаза Макардла сверкнули, но тот не сделал ни малейшего жеста.
— Вы находитесь в одной комнате, — продолжал Альва, — с человеком, который превратился в Навозника, и это внушает вам отвращение. Вы избавитесь от этого, в конечном итоге — вы способны на это, я — тому доказательство, — но все, что я хочу теперь от вас, чтобы вы отложили решения и пошевелили мозгами. Вот вам факты. Ваши диверсионные группы сражались с Навозниками. Я видел этот бой, диверсанты продержались не более двадцати минут. За последние тридцать лет Навозники могли покончить с Городами в любое время. Они не сделали этого до настоящего момента лишь потому, что…
Макардл принялся отбивать такт кончиками пальцев по полированной крышке стола. Альва видел, что он практически не слушает, но не оставалось ничего другого, как продолжать говорить.
— …потому что они решали проблемы рекондиционирования и перевоспитания более чем двадцати миллионов невинных людей, которые иначе просто умрут от голода. Теперь у них есть знания, которые были им нужны. Они могут…
— Все это просто слова, — заметил Макардл.
— Они собираются закрыть эти… эти резервации, — не обращая на него внимания, продолжал Альва. — Они докажут вам, что способны сделать это насильно. Но если вы станете помогать, это будет аккуратный процесс, во время которого никто не пострадает. И они сохранят Город в целости и сохранности в качестве музея. Я уговорил их сделать это. Но если вы откажетесь помогать и станете сопротивляться, они раскатают Город по камешкам.
Макардл стиснул зубы и процедил сквозь них:
— Уведите его отсюда и убейте ради безопасности Города! Морган! — окликнул он, когда охранники уже повели Альву к дверям.
— Да, господин Управляющий?
— Когда убьете его, покрасьте в зеленый цвет и выкиньте из ворот, через которые он пришел.
Какая жалость. что нет Витэка, появилась мысль в застывшем мозп Альвы. Витэк, конечно, негодяй, совершенно беспринципный негодяй, но он… он никогда не боялся новых идей. С Витэком можно было бы договориться.
— И где мы будем это делать? — нервно спросил младший охранник.
Он был бледный и потный в каюте летающей платформы, летящей над центром Джерси.
— Убьем прямо в дезинфекционном шлюзе, — сказал Морган, взмахнув пистолетом. — Затем выкинем его наружу. Тогда не придется далеко тащить. Правь луда.
— Поскорее бы все закончилось, — сказал младший. — Меня тошнит.
— Ты думаешь, меня не тошнит? — напряженным голосом сказал Морган.
Выведя Альву с платформы, он толкнул его в шлюз и отступил, поднимая пистолет.
— Не стоит этого делать, Морган, — спокойно заметил Альва, — если, конечно, ты не хочешь почернеть и умереть спустя секунду.
— О чем он говорит? — прошептал младший.
— Да просто болтает, — ответил Морган, однако, пистолет дрогнул в его руке.
— Убивая меня, — продолжал Альва, — вы неминуемо пробьете костюм. Я полтора месяца ел пищу Навозников. Во мне теперь столько их микробов, и все они ринутся прямо на тебя, Морган.
Оба охранника дернулись, как будто ужаленные.
— Я ухожу отсюда, — сказал младший, нажимая кнопку двери.
— Оставим его здесь! — решил Морган.
— И что будем делать? — спросил младший.
Морган коротко выругался.
— Доложим обо всем лейтенанту Коуму.
Дверь шлюза закрылась за ними. Альва тут же обследовал ее в надежде понять, не может ли он блокировать дверь изнутри, но такой возможности не было. Он дернул внешнюю дверь, но она тоже была заперта. Тогда он осмотрел сеточки дезинфекционного душа, думая о том, не смогут ли они использовать их, чтобы облить его, например, кислотой. Потом он решил, что не могут, так как кислота повредит сам душ.
Больше Альве не оставалось ничего, кроме как сидеть посреди голого помещения и ждать. Что он и сделал.
Какое-то время спустя Альва услышал отдаленный шум, доносившийся через почти звуконепроницаемую дверь. Он встал, приложил ухо к двери, ничего не услышал и решил, что ему просто почудилось.
Затем за дверью раздались какие-то звуки. Альва отскочил, и дверь скользнула в сторону. Вместе с оглушительным ревом сирен тревоги, в комнату ворвался Морган с дикими глазами, без пропавшей куда-то фуражки, стискивая в побелевшем кулаке пистолет, громадное, как показалось Альве, дуло которого глядело прямо на него.