Он сунул свежий кубик в приемник в центре кают-компании. Через двадцать минут послышался женский голос:
— Посылаю запрошенную информацию.
Зажегся индикатор записи. Самсон включил читалку и проглядел первую страницу, появившуюся на экране.
— Записал. Спасибо. Конец связи, — наконец, сказал он.
— Повар, кофе, — грустно распорядилась Мидж. — И два бутерброда с ветчиной. — Она подошла и села возле Самсона. — Не убирай страницу, пока я не прочитаю.
Самсон был человеком без всяких предубеждений, и это помогало ему иметь дело со странными и дикими обитателями многих планет Сектора 103. Но теперь ему пришло в голову, что будет ой как не просто выполнить нынешнее задание. Однако, он оставил свои предчувствия при себе и, при помощи многочисленных дымящихся чашек кофе, сделанных корабельным автоповаром, решительно преодолел двадцать записанных кубиков предположений, догадок и слухов, накопившихся в Архивах Лубянки. Мидж, у которой был комплекс женского превосходства, просто сидела рядом и передавала ему кубик за кубиком.
КОГДА ОНИ закончили, Мидж не преминула заметить ему, что они не узнали почти ничего нового, по сравнению с тем. что было в справочнике Сектора 103.
— Общая сумма в минусах, не так ли? — спросила она.
— Ты права. Это было предосторожности ради — вдруг бы там оказалось что-то, что упустили в справочнике. Но если в одно прекрасное воскресенье не пойдет дождь, ты же не перестанешь вообще носить плащ?
На лице Мидж было написано, что этот вопрос не заслуживает никакого ответа.
— Теперь у тебя есть вся информация… А возникли какие-нибудь идеи?
— Н-ну, — задумчиво протянул Самсон, — Харлоу кажется думает, что тут имеет место какое-то воздействие, может, даже гипноз. И мне кажется, мы не должны исключать такую вероятность. даже учитывая, что подобные контакты между инопланетными разумами всегда считались невозможными. Но у меня есть догадка, что никакой это не гипноз. Мне кажется, они просто поговорили с Джексоном — и убедили его… А он сделал то же самое с семнадцатью людьми, последовавшими за ним.
— Своим жалким умишком, — сказала Мидж, — я доперла до этого еще три часа назад. Но если это воздействие, то почему оно сработало только семнадцать раз из двадцати двух? И я обратила бы внимание на один маленький технический вопрос — почему Джексон не воспользовался коммуникатором.
— Все достаточно просто, — ответил Самсон. — Если бы вы получили вызов от какого-то неизвестного, и тот начал извергать псевдорелигиозную пропаганду; то стали бы вы слушать ее до конца или отключили его и пожаловались в Комиссию по Личной Жизни? А если бы он назвал кого-то, кто его знал — тебя, например, или Харлоу, — то мы бы почувствовали, что здесь чем-то попахивает. Возможно. Джексон уже попробовал это до вылета в Кенилсворт, и его отключили. А дальше он не хотел рисковать.
— Если ты не возражаешь, — спокойно сказала Мидж, — то я хотела бы получить ответ на свой вопрос: у тебя есть какие-нибудь идеи о том, что мы собираемся делать?
— Конечно. Я пойду туда, накачавшись до бровей допингом. Хочу использовать…
— Стоп. — сказала Мидж. — Пожалуйста. Ты сказал: я пойду…
— Ну, да. Пойду я, а ты останешься в корабле на связи. Будешь слушать, но громкость связи поставишь на минимум. Таким образом, ты услышишь, что говорю я, но не окружающие. Другими словами, я свешиваюсь с утеса, а ты держишь меня за ноги. Улавливаешь смысл?
Мидж ничего не ответила.
— Как я уже сказал, — продолжал Самсон, — я использую что-нибудь против гипноза. Ты могла бы вкатить мне еще и хорошую дозу лекарства против внушения, но нужно действовать наверняка. Так что я испробую армофрен.
— Амофрен! — уставилась на него Мидж.
— Конечно. При большой дозе он не даст вам сложить даже два плюс два. Можно слушать любые аргументы и даже разумно отвечать на вопросы, но будет невозможно на чем-нибудь сосредоточиться, чтобы получить все целиком. Другими словами, если они и убедят меня в чем-то, то не сложнее «ваш нос находится на фасаде вашего лица…» Разумеется, потом я буду болеть, как собака, и не смогу вспомнить большую часть того, чем меня там напичкают. Но ты сможешь вытянуть из меня информацию под гипнозом. Только не забудь об осторожности, когда станешь задавать вопросы. Нам нужно узнать, кто они и какие у них планы, а не что они думают о Великом Духе.
Мидж продолжала мрачно глядеть на него.
— Мне это не нравится, — заявила она.
— Мне тоже не нравится. И Харлоу не понравится, если ему придется сжечь меня дотла, прежде чем я начну спасать души… Хотя, если подумать, я способен сыграть более умно, чем Джексон. Послать фальшивый ответ, скрыться где-нибудь с полпути между этой планетой и Штаб-квартирой, а затем отсидеться на необитаемой планете. Возможно, потом захватить другой корабль. приклеить фальшивую бороду… — Он вздохнул. — Но сначала подумай о том, как поступил Харлоу, — он посмотрел на Мидж. — Что ты сделаешь, если меня все же какими-то образом изменят прежде, чем ты успеешь выдернуть меня оттуда?