— Готова, — обрадовался Трилл, убрал захват с шеи и взял бабу под мышки. — Понесли, Фаруто.
Подельник зафиксировал пакет понадежнее и поднял цыпу за ноги. Красивые ноги, чтоб ее… Спотыкаясь о раскиданный мусор и поминутно ругаясь, сообщники потащили обмякшую женщину в комнату. Гленке продолжал корчиться в коридоре, сипя и держась за живот. Приятели о нем и не вспомнили. Как и о незахлопнутой двери, на пороге которой валялся Гленке. Разве можно думать о чем-то другом, когда у них в руках настоящая теплая баба, красивая, будто с картинки? Ящик уронили, инструменты рассыпались по полу.
Добычу швырнули на комковатый матрас: кровати в доме уже несколько лет не имелось, как и многого другого. Фаруто трясущимися руками кинулся расстегивать пуговицы на блузке, пальцы не слушались. Трилл, подвывая от вожделения, пытался стащить с бабы юбку, забыв о застежке.
В это время старший менеджер банка господин Шарбери в сопровождении сотрудника службы охраны безопасности поднялся на третий этаж. Вчера господин Шарбери слегка утратил меру на корпоративе, загрузив в себя алкоголя чуть больше, чем был способен переработать организм. Ничем иным, кроме как этим, он не мог объяснить то, что, выйдя из бара, безропотно отдал телефон трем хмырям, настойчиво об этом просившим. В другой ситуации господин Шарбери сказал бы себе: сам дурак, не надо было напиваться, пусть случившееся станет тебе уроком. Но в телефоне были записаны важные контакты корпоративных клиентов. И утром, наскоро приведя себя в рабочий режим экстренными способами, старший менеджер явился в отделение службы охраны безопасности с заявлением. Последовали недолгие расспросы, затем ему показали фото каких-то мерзких уродов, и на одном из них он узнал того, что был в составе вчерашней шайки.
— Аману Трилл, — кивнул безопасник. — Никчемная шваль, — кратко охарактеризовал он фигуранта. — Прочно сидит на дури, курит, уже и колоться начал. Пара лет каторги определенно пошла бы ему на пользу, дрянь бы выветрилась. Жаль, прихватить не на чем, в явном криминале не замешан.
— А мой телефон? — недоуменно напомнил господин Шарбери.
— А что телефон? Трилл со своими дружками разве бил вас, грозил оружием? Вы же сами отдали ему аппарат, когда он потребовал. Так и скажет: мол, господин любезно подарил мне телефон, вот и свидетели есть. Передумал дарить? Ладно, я не жадный, забирайте обратно.
Он вздохнул.
— Сейчас ордер на обыск оформлю, пойдем к нему. Вряд ли за ночь ваш аппарат продали, скупки подержанной техники еще не открылись.
Дверь в квартиру 88 была приотворена. Изнутри удушливо шибало жженой травой. На пороге распростерлось тело, жалобно блеющее в промежутках между желудочными спазмами.
— Ага, Пирс Гленке. — Офицер узнал тело. — Еще один человеческий сорняк. Что это его так торкнуло? — Распахнув дверь шире, он шагнул внутрь.
— Фу, ну и помойка! — Господин Шарбери приложил к носу надушенный платок.
Из комнаты доносилась какая-то возбужденная возня. Безопасник прошагал вперед и, вынув из кобуры парализатор, рывком открыл дверь. Вот это да!
Тут он был, Аману Трилл. И его беспутный партнер по игле и постели, Еро Фаруто. И какая-то женщина, которой в этом гадюшнике решительно не место. Два ошпарка, судя по всему, уже долгое время пытались ее поиметь и никак не могли, дебилы и импотенты в одном флаконе. Фаруто так обдолбался, что запутался в собственных штанах, а Трилл бился в отчаянии, стаскивая с пленницы юбку и терпя неудачу. Давно бы задрал ее, придурок. Впрочем, с Трилла станется, даже получив открытый доступ к заветному отверстию, промахнуться мимо.
Офицер выстрелил из парализатора сперва в спину Триллу, потом в задницу Фаруто. Похотливые сморчки завалились, и он, неторопливо заведя им руки за спины, защелкнул наручники.
— Вот ужо я вас закатаю на каторгу, — произнес он с прямо-таки мстительным удовлетворением. — На все десять лет. Света белого не взвидите.
Он повернулся к женщине. Ох и хороша, зараза! Сейчас бы ее… Он с сожалением одернул себя. Его задача — предотвращать преступления и наказывать за них, а не совершать их самому. Он аккуратно запахнул на аппетитной груди растерзанную блузку и стащил с головы женщины пакет.