— Чтобы кого-то убить, руки вовсе не обязательны, — меланхолично произнесла Тереза, побалтывая чашку с чаем, и вдруг встрепенулась. — Надеюсь, меня не обвинят? Это была самооборона, не месть.
— Не думаю, что вас обвинят, — покачал головой старший командир. — В связи со вскрывшимися обстоятельствами… Похищение женщины и покушение на ее убийство, убийства еще не знаю скольких женщин ранее… Полагаю, руководство будет даже радо, что он не остался в живых, потому что было бы сложно подобрать адекватную меру наказания.
Тереза слегка расслабилась. Облокотилась спиной о перила, вдохнула влажноватый воздух.
— Я отвезу вас домой, Ильтен. — Старший командир поднялся. — Мы и так задержались, ваш супруг, наверное, волнуется. Вы позволите принести ему мои искренние извинения?
— Что? — Тереза испуганно уставилась на него, потом на свои порезанные руки, дотронулась до головы. — Нет! Мне нельзя домой. Я не могу показаться Рино в таком виде. Маэдо, пожалуйста, позвоните ему! Скажите, что я нужна вам… хотя бы еще декаду. Скажите, это необходимо для дела. Напомните, что он подписал контракт.
— Но он будет недоволен, — предрек Маэдо. — И обеспокоен.
— Если он увидит мои раны, то еще сильнее обеспокоится! И вообще больше не выпустит меня из дома. Особенно с вами, — добавила она.
— Хорошо. — Он поднял руки вверх, как бы сдаваясь. Только что обещал самому себе, что сделает для нее все, так почему бы не начать прямо сейчас? — Я позвоню и постараюсь убедить господина Ильтена, что все в порядке, просто операция затягивается. Но где вы проведете эту декаду?
— Что значит — где? — Тереза непонимающе воззрилась на него. — У вас, конечно.
Он рассмеялся. Вот как после этого оправдываться, если шеф из городского управления выразит недовольство его моральным обликом? Офицер службы охраны безопасности должен быть примером для всех, скажет он, а вы привели любовницу, заморочив голову ее мужу. Никто не поверит, что Ильтен ему не любовница. Никто из подчиненных уже в это не верит.
Он подозвал зама.
— Отвезите госпожу Ильтен ко мне домой, — тот невозмутимо отсалютовал: дескать, приказы не обсуждаются, а то, что я об этом думаю, останется при мне. — Пусть отдыхает. Мы тут, боюсь, до вечера не закончим.
Тереза уже бывала в квартире Маэдо, но впервые обратила внимание на то, что она однокомнатная. Правильно: зачем бессемейному, бездетному мужику больше, чем одна комната и одна кровать? И как ее теперь делить? Проклятье, даже дивана на кухне нет. А Маэдо не из тех, кого легко выгнать на коврик. Это не Ильтен. Самоуверенный циник, хорошо знающий, чего хочет. Помаявшись, Тереза уснула, с фатализмом махнув на проблему рукой. Пусть сам решает. Уйдет ли на кухню пить до утра, будет дремать сидя в кресле, ляжет рядом… даже если воспользуется шансом — так тому и быть. Она уже однажды мысленно согласилась стать его любовницей, второй раз проще.
Маэдо пришел ближе к полуночи. Полюбовался на госпожу Ильтен, разлегшуюся на кровати по диагонали и занявшую ее целиком. Из-под одеяла видна только замотанная голова да перебинтованные руки. Но если одеяло приподнять… Накатило воспоминание о голой Ильтен, повисшей у него на шее сегодня утром, взбудоражило кровь. Но тут же другое воспоминание заставило его сглотнуть от подступившей тошноты. Труп маньяка с вытекшим глазом, раздробленной челюстью, порванной селезенкой и раздавленным яичком. А сейчас у нее еще и руки свободны…
Он сполоснулся, переоделся в гражданское и отправился в интернет-кафе — снять все равно кого, лишь бы с квартирой и до утра.
Утром, едва он щелкнул входным замком, Тереза с кухни, пьющая чай, предъявила ему претензию:
— Где это вы ночью шастали, а?
Маэдо икнул от неожиданности и захохотал. Ночь вышла удачной — немного коньяка, немного удовольствия и просторная мягкая кровать, в которой он прекрасно выспался. Настроение было веселое, в противовес угрюмому настрою Терезы.
— Ревнуете, Ильтен? — поддел он ее.
Она гневно фыркнула.
— Если вы залезли в мою постель, это еще не повод контролировать, как я провожу ночи.
Она заскрипела зубами. Сейчас укусит.
— Заказать вам одежду? — Он пошел на мировую. — Такую же, да? А то ведь господин Ильтен места себе не найдет, увидев отчет по своей расчетной карте.
Не прогадал — тон Терезы заметно помягчел.
— Спасибо, Маэдо. И позвоните ему, ладно? Скажите, что со мной все хорошо.
— Бессовестно вынуждаете меня лгать, — заметил он. Но потянулся за телефоном.
Днем зашел слесарь Камма. Увидев Терезу в халате и чалме из полотенца на голове, совершенно не удивился. Пожелал светлого солнца, прошел на кухню и стал откручивать у раковины сливную трубу. Несколько секунд Тереза находилась в ступоре. Сосед решил украсть у Маэдо трубу, пока того нет дома? К счастью, озарение пришло быстро. Камма явился по вызову, прямо как она к клиентам. Какого черта Маэдо пригласил его в свое отсутствие — вопрос второй. Наверное, решил, что раз уж у него в квартире в рабочее время торчит Тереза, то это открывает большие возможности. Так и есть: не успела она поблагодарить Камма, заменившего трубу, как приперлись двое грузчиков с ортопедическим матрасом, потом из интернет-магазина доставили одежду для нее — хорошо хоть не забыл; а ближе к вечеру позвонил мойщик окон и попросил перенести заказ на завтра — мол, не успевает.