Мужик без звука протянул расчетную карточку. Она растерялась. Аппарата у нее, разумеется, не было.
— Наличные? — с надеждой спросила она.
Клиент замотал головой. Ох уж эти тиквийцы, привыкли к картам, многие не держат под рукой денег на всякий случай, а случай-то вот он.
— Сможете перевести на счет? — Она указала поворотом голову на компьютер и, видя, что клиент не в теме, пояснила: — Через банковский сайт.
Ей пришлось еще и учить мужика, как это делается. Чему их только в школе обучают? А не взять ли дополнительную плату за консультацию, подумала она. Ох, нет — это же еще одна банковская операция, бедняга не осилит.
Когда она собрала инструменты, мужик задал ей первый осмысленный вопрос. На редкость идиотский:
— Э-э… Вы женщина?
И вот тут она не удержалась.
— Нет! — сказала она, пропустив массу междометий и экспрессивных глаголов. — Я трансвестит.
С мужиком произошла удивительная метаморфоза. Лицо приняло человеческое выражение, и он сразу стал гораздо симпатичнее, перестав выглядеть дауном, страдающим запором.
— А-а… — Он облегченно потер лицо ладонью. — А я-то уж думал, зря вчера так много выпил. Извините, мастер. У вас как, вызовов много? А то попили бы пивка да, может, доставили друг другу пару приятных минут? Очень вы меня… впечатлили.
Тут уж у Терезы едва не отвалилась челюсть.
— У меня мало времени, — выдавила она и, захлопнув за собой дверь, побежала вниз.
Черт знает что с этими тиквийцами! Женщина, стало быть — похмельный глюк, а трансвестит — это нормально! И предлагать мастеру пивную вечеринку с сексом на десерт — тоже нормально! Сумасшедший народ. Рехнувшийся, ясное дело, по объективным причинам, но однозначно рехнувшийся.
Вызовов не бывало много: на непрерывный трезвон телефона и запись на месяц вперед Тереза и не рассчитывала. Во-первых, она тут явно не единственный мастер, кто-то же занимался ремонтом до ее появления. Во-вторых, ремонт электрики и электроники — не доставка еды, люди нуждаются в этих услугах не каждый день. Но звонили регулярно. Со временем Тереза сориентировалась в ценах, сшила специальную рабочую блузку из цветастого льна и купила синие кроссовки на мягкой упругой подошве, чтобы не портить ковровое покрытие или синталевые доски клиентов каблуками-шпильками.
Постоянно шастая по району туда-сюда с ящиком инструментов, она свела знакомство с несколькими местными обитателями. В соседнем доме жила еще одна молодая женщина, поразительно похожая на своего мужа. Когда Тереза выразила свое удивление госпоже Лентон, она рассмеялась:
— Конечно, мы ведь брат и сестра!
— А я думала, вы муж и жена, — опешила Тереза, глядя на пару детишек, резвящихся вокруг них и вроде бы не оставляющих сомнений в своем происхождении, зовя то папу, то маму.
К счастью, они ничуть не обиделись.
— Судя по всему, вы недавно в Тикви, — улыбнулась Лентон. — А я здесь родилась. И с детства знала, что мы с братиком всегда будем вместе. Родители были счастливы, что меня не придется отдавать в другую семью, а брат получит жену бесплатно и без очереди. Редко кому так везет!
Продолжать расспросы было бы бестактно, но вечером, дождавшись Ильтена, Тереза чуть душу из него не вынула:
— Рино, как же так? Ни на одной планете из всех, какие мне известны, брату не позволено жениться на сестре. Это безнравственно! И, что еще хуже, это опасно. Близкородственные браки ведут к рождению больных и уродов. Почему вы это не запрещаете? Вы, помешанные на генетике!
Ильтен отложил хлеб на тарелку и хмыкнул.
— А ты попробуй запрети что-нибудь парню, который рос вместе с сестрой, играл с ней, заботился о ней, который ее обожает, для которого она — лучшая, потому что других девочек он, возможно, и не видел близко в своей жизни. Запрети ему жениться на ней и скажи, что он должен заплатить огромные деньги просто за призрачный шанс получить когда-нибудь какую-нибудь жену. Забери у него сестру и отдай чужому дяде, с которым у нее, может, и детей не будет. Это ж начнется революция! В Союзе Тикви никогда не бывало переворотов, но стоит запретить браки между братьями и сестрами — и они, и их родители выйдут на баррикады. Поднимется крик: не для того мы девочек рожали и воспитывали, чтобы отдавать на сторону! И не позволим обижать наших мальчиков, которые с детства знают, зачем нужны девочки, наносить им психологические травмы и обрекать на одиночество!
Он снова взялся за суп, зажевал хлебом.
— Да и генетика вовсе не в проигрыше. Если в семье родились мальчик и девочка, это значит, гены сошлись на редкость удачно. И, что характерно, эти мальчик и девочка, став мужчиной и женщиной, будут идеально генетически совместимы между собой и обязательно произведут детей. Много, сколько позволит здоровье. Это тебе не рискованные межпланетные сочетания, где порой нет никакой уверенности, что получится ребенок, а иногда есть уверенность на все сто, что не получится.