Глава 16
Главное событие вечера приближалось с каждой минутой. Атмосфера наэлектризовалась, даже как будто искры проскакивали. То и дело слышались нервные смешки и взрывы хохота, это выпускники выпускали пар в изматывающем ожидании. Понимали, что без диплома никто не уйдет, но все равно нервничали, словно в предчувствии неожиданных сюрпризов.
Какие-то самые выносливые пары еще кружились в танце, но многие уже расселись возле столиков с яствами, лениво пощипывая фрукты, но чаще налегая на напитки. От волнения кусок не шел в рот.
Любительница покушать Ярделла так и просидела весь вечер у стола, наблюдая за неутомимыми подругами. Ей не впервой было проводить время в одиночестве, когда подруги вроде бы рядом, но в то же время их интересы устремлены в другую сторону. Риска весь вечер кокетничает со своим кавалером, а Джо так и вообще осмелилась прилюдно целоваться. Не то что бы это было так уж возмутительно, учитывая нынешние нравы, да они и не единственные, кто занимался этим в данный момент, но все же…
Трудно полностью привыкнуть к чувству одиночества в толпе. Вот Ярделла и заедала грусть вкусняшками, а уж еда на выпускном балу была отменной, королевские повара постарались на славу. Щедрое угощение еще долго будут обсуждать в светском обществе, даже если больше говорить будет не о чем.
Но вот волнующий момент наступил!
Мажордом вновь ударил в гонг, но на этот раз немного тише, а на сцену вышел заместитель директора Королевской школы мистер Ривольд. Зал замер. Большинство лиц обратилось к нему.
- Дорогие выпускники! – обратился мистер Ривольд к толпе. - Начинаем! Правила вы знаете.
Выпускники встрепенулись: пропустить своё имя было недопустимо.
Мистер Ривольд в своей характерной манере, монотонно и усыпляюще, принялся зачитывать титул и имя ученика, давал малое время отреагировать, и если ученик не торопился, зачитывал следующее. Поэтому все боялись пропустить свой выход. Те, кто пропускал очередь, получали диплом, но уже не на выпускном, а позже, в канцелярии школы, и на другом бланке, что влекло неизгладимый ущерб для репутации. Это было одним из самый жёстких и непререкаемых правил, последняя дань дисциплине. Так что все напряженно вслушивались в зачитываемый Ривольдом список. Хорошо, если вдруг отвлечешься, то друзья подскажут, а то и в бок толкнут, а если нет? Таким можно было только посочувствовать.
- Мистер Авриллс, маркиз! – вещал мистер Ривольд и зорко следил, как выпускник, бросив друзей, быстрым шагом устремляется к сцене. – Поздравляю.
Счастливый маркиз удалялся, прижимая к груди вожделенную папку.
- Мисс Зукария, баронесса Дирляндии! – бубнил заместитель директора, и вот он уже жмет руку юной аристократке. Мистер Ривольд вздыхает с облегчением. Никаких подвохов, все идет по плану, все как обычно. Сам директор, мистер Барк, одобрительно кивал головой. Чиновники, в чьи обязанности входило присутствие на этой нудной, но необходимой церемонии, прикрыли глаза, наверняка задремали. Эль Тонто третий сидел с отсутствующим лицом, уйдя в свои никому не ведомые мысли.
- Ну как? - шёпотом поинтересовалась Трисса у Дриэллы, внимательно следящей за происходящим.
- Тсс, - Дриэлла приложила палец к губам, загадочно улыбаясь. – Не хочу пропустить момент, когда назовут эту выскочку Рассиэллу.
Трисса понимающе кивнула. Проблема была в том, что по заведенной традиции учеников заносили в списки на вручение дипломов не по титулу, не по успеваемости, а иначе. Списки составлял лично директор школы, руководствуясь какими-то своими соображениями. Ходили домыслы, что он переписывает имена всех учеников на бумажки и произвольно достаёт их из мешка. Такой подход привел к тому, что все вынуждены внимательно слушать из боязни пропустить своё имя. Скорее всего, именно этого, напряженного внимания, директор и добивался.
И этим правилом пользовались, иногда в злых целях. Удержать физически или заболтать, всеми силами не дать вовремя выйти. Такое могло даже развязать многолетнюю вражду или стать её продолжением, коль речь идёт о знатных домах. Королевская школа хоть и относительно новое явление, но если один род уже столетие как недолюбливает другой, в ход могли пойти любые средства, оправдывающие цель навредить кровным врагам.