Делатель певцов, подняв один глаз к хозяину, сказал:
— Неужели это ваше изделие?.. Действительно, писатель без сравнений… ха-ха! Что же это — хлам? Кому нужен в искусстве хлам?
Латун, как все инициативные люди, не выносил упреков и чрезвычайно смущался. Но в данном случае он испытывал двойную досаду: не в том дело, что из Мастерской вышел хлам. Дело в том, что это являлось плохим примером. Теперь Батайль наделает черт знает каких певцов, и что ему скажешь? Да, уж раз сделали писателя, надо было не забыть вставить в него дар сравнений. Кто виноват в этом? Капелов? Нет, он как будто ни при чем.
И, желая показать, что он хозяин Мастерской, что он может заполнить любой пробел — и свой, и любого из своих служащих, — он крикнул:
— Говорите скорее, что вам надо. Я вам дам все нужные сравнения. Пожалуйста! К каким словам вам нужны сравнения?
Писатель достал клочок бумаги и стал читать:
«небо было, как…
лес был, как…
поезд подошел, как… ее улыбка была, как… ребенок плакал, как… она ревновала, как… вечерело, как…».
Хозяин молодцевато высунулся из окна, потер руки и уверенно, даже лихо, начал:
— «На политическом горизонте надвинулись свинцовые тучи»… Нет, это не то. Этб для передовых статей. «Небо было, как голубой купол»… Подойдет? «Поезд, как красная змея, гремя колесами, подкатил к дебаркадеру станции»… Хорошо?
Писатель ответил:
— Как будто ничего, но мало. Мне на каждое слово нужны сравнения. Как можно без сравнений! Дайте мне еще несколько.
Делатель певцов опять высунул свое искривленное от негодования лицо:
— Вы еще здесь? Когда вы уйдете?
— Когда у меня будет достаточное количество сравнений.
Делатель певцов пожал плечами:
— Не понимаю. Отказываюсь понимать. Как можно давать сравнения вообще, независимо от тех или иных обстоятельств?
Он посмотрел на хозяина, который беспрерывно сыпал сверху: «Глаза, как васильки», «Зубы, как жемчужины», «Кожа на ее лице, как атлас», плюнул и продолжал:
— Послушайте, это же идиотизм. Хотите настоящего совета? Валяйте после слова «как» все, что придет в голову, и это будет самое лучшее. Не пишите «небо было, как синий купол». Это старо и безвкусно. Пишите: «небо было, как мороженое», «как воспоминание детства», «как комод», «как ведро с песком», или вот глаза. Почему глаза, как васильки? Какие тут, к черту, васильки?! Васильков уже давно нет. Пишите: «глаза были, как текстильный станок», «как радиоконцерт», «как невысказанная декларация», «как зоологический сад». Да, так и пишите: «Глаза были, как зоологический сад». Или еще — лицо. «Лицо было, как атлас». Фу, какая чепуха! Пишите: «лицо было, как политическая экономия'», «как велосипед», «как выставка по сельскому хозяйству». Что угодно пишите, главное — не бойтесь. Что там еще дальше? «Зубы, как жемчужины»? Хорошенькое сравненьице. Кто теперь так сравнивает? Пишите: «зубы были, как крестовый поход», «как Версальский мир», «как лыжная станция», «как пирамидон», «как скрижали», «как фарфоровый завод», как… Словом после слова «как» пишите, повторяю, что угодно, и если не всегда, то часто будет выходить хорошо. А сейчас уходите, пожалуйста, отсюда и не мешайте работать.
Хозяин надрывался сверху:
— «Глаза, как черешни», «Губы, как лепестки гвоздик», «Волосы, как шелк», «Стройная, как тополь»…
Писатель остановился, подумал, посмотрел с презрением на хозяина и закричал:
— К черту старую баналыцину! Глаза были не как черешни, глаза были, как угар, как восприятие музыки, как ведро с песком, как лес, как красный поезд, который, гремя колесами, подкатил к дебаркадеру станции. Глаза были, как свинцовые тучи на политическом горизонте. Глаза были, как мороженое, как текстильный станок! Губы были, как лепестки гвоздики — это чепуха, это старая баналыцина! Губы были, как политическая экономия, как выставка по сельскому хозяйству, как Версальский мир! Не надо мне больше ваших банальных сравнений. К черту!
Он ушел не попрощавшись, и сонный переулок оглашался замирающими криками:
— Зубы были, как воспоминание детства, как лыжная станция! Поезд был, как мороженое! Воспоминание детства, как комод! Радиоконцерт был, как выставка по сельскому хозяйству. Ведро с песком было, как…
И так далее, пока не наступила полная тишина.