— С того, что я проводила с Анной немало времени, — у меня вырывается эта фраза, и я поспешно пью чай, чтобы заткнуть себе рот. Не хватало, чтобы я еще проговорилась обо всем, что рассказывала мне мачеха, про их любовь с папой задолго до моей мамы.
— Милена, — мама берет меня за руку. — Ты еще очень юная, у тебя мало жизненного опыта. Поверь мне, как только ты скажешь ей, что мы поссорились, и ты больше не хочешь меня в твоей жизни, эта шалава сразу же отвернется от тебя. Она собственница, ей все нужно иметь целиком, она не смирится с тем, что у твоего отца есть еще хоть какая-то ниточка, связывающая его с предыдущей женой.
— Мама, но я хочу тебя в своей жизни, даже если буду общаться с Анной, — я вырываю руку.
— Милена, ну ты сама когда-нибудь слышала истории про хороших мачех? Таких единицы, и по Анне издалека видно, что она к ним не относится. Она сделала тебя похожей на себя, ты часть какого-то ее плана. Может, не совсем такого, как я расписала, но она не может быть искренней по отношению к тебе, это все маска. Только твоя мама может тебя любить.
Я чувствую отчаяние. С одной стороны, я слишком хорошо узнала Анну за эти месяцы, чтобы не поверить, что она действительно злобная, завистливая и коварная мачеха, а с другой… Ведь так действительно бывает, люди годами притворяются, чтобы насолить кому-то.
— Милена, я говорила тебе, что буду обижена на тебя, если ты примешь в свою жизнь мачеху. Но я не могу обижаться на тебя сейчас, потому что ты не виновата. Тобой воспользовались. Ты можешь продолжить с ней общение, я буду ждать, как ждет отец блудного сына. Потому что я знаю, что однажды ты поймешь, что мама всегда права, и я, конечно, приму тебя обратно, и утешу. Но я не хочу, чтобы ты испытала эту боль предательства от того, кто тебе казался семьей. Прошу тебя, не общайся больше с ней. Не ради меня, а ради себя.
Я не знаю, как мне реагировать на эти почти книжные возлияния. Мне хочется выбрать первый вариант, общаться с мачехой, даже если она и в правду предательница, но в моей голове звучит фраза мамы, что она может перестать общаться со мной. Неужели моя мама, которая меня так любит, которую люблю я, способна никогда в жизни со мной не разговаривать? Жить в одном городе, но, встречаясь на улицах, проходить мимо, словно чужие? Не знать, что я вышла замуж, родила ребенка, защитила докторскую? А ведь если Анна все же добрая мачеха, то все это произойдет. Сможет ли Анна заменить мне маму? Достаточно ли мне будет ее любви, если я потеряю свою родную мать? И вопрос с тем, надолго ли Анна в жизни моего отца, а значит и в моей, остается открытым.
У меня ощущение, что открыв правду маме, я вернулась к началу. Все то, что я представляла в своих фантазиях, теперь на самом деле, а я все так же не знаю, кому доверять, что делать, как разобраться в этих сложных семейных отношениях.
— Милена?
Я поднимаю голову. Мама ждет моего ответа.
— Хорошо. Я не буду с ней общаться. Обещаю.
— Это правильно решение. Так будет лучше для всех. Поверь, она даже не заметит твоего отсутствия, а ты быстро заживешь так же, как жила и без нее.
Мы с мамой обнимаемся. Потом она уходит на работу. Я на автомате иду в банк, заканчиваю там открытие своей сберкнижки, потом встречаюсь со новым учеником и составляю график занятий.
И только вечером в забитом автобусе я понимаю, что зашла в тупик. Дав маме обещание, я руководствовалась страхом одиночества, хотела избежать череды выматывающих конфликтов, но на самом деле, чтобы все наладилось, мне и в правду нужно будет не общаться с мачехой. Иначе я снова буду врать маме, а это закончится плохо. Или может, лучше действительно не видеться с Анной до конца лета? Так я пойму, нужна ли я ей, и к осени съеду от мамы, а жизнь одной проветрит мне мозг, и я, может быть, как-то смогу выйти из этой ситуации.
Я решаю поступить именно так, ограничив, но не прекращая, наличие Анны в своей жизни.
20
Но воплотить мой план в жизнь оказывается сложнее, чем я думала. Я не виделась с Анной больше месяца, сначала из-за сессии, а потом из-за обещания маме. Анна явно ничего не заподозрила, ведь я постоянно сказывалась делами.
Но теперь она уехала в отпуск, и вернется только в начале августа. Я поняла, что скучаю по ней. И нарушила уговор и собой, и с мамой. Сначала мы с мачехой просто переписывались, она слала мне фотки с пляжа, предлагала вместе съездить к морю по ее возвращению. Я уже побывала там с мамой, несмотря на наши ссоры, мы хорошо провели время, но мне все равно хотелось побывать там и с Анной.
Я злилась на себя за эти мысли. Чего мне не хватает? У меня прекрасная мама, почему я хочу променять ее на человека, который мне не родной, по крови так точно? То есть, понятное дело, что я не хотела никого обменивать, я просто хотела бы, чтобы они обе присутствовали в моей жизни, дополняя друг друга. Но это не возможно, в любом случае, придется чем-то жертвовать.