Я забиваю номер Анны, а она звонит мне, чтобы записать мой телефон. Мы прощаемся, и придя домой, я рассказываю маме, что после встречи с отцом еще погуляла с Вероникой, моей подругой. Мама удовлетворенно кивает. Она мне доверяет, я никогда ничего не творила и не обманывала ее. Перед сном я рассматриваю сайт ресторана, где поет мачеха, пытаясь найти видео ее выступлений. Но сайт оформлен очень скудно, и кроме фоток, так ничего нет. Значит, я смогу увидеть только на месте.
4
Через пару дней я встречаюсь с Вероникой после лекций, и ненавязчиво завожу тему того, что мы с ней редко куда-то выбираемся.
— Мы видимся каждый день в универе, — рассеяно говорит она.
Это правда. Мы вместе учились в школе, а потом поступили в один вуз, только я на филологию, а она на издательское дело. Но нам все равно удается встретиться в коридорах и столовке.
— Да, но в нашем возрасте нужно много тусить, веселиться. А мы только ходим гулять и к друг другу в гости.
Вероника с ужасом смотрит на меня.
— Ты хочешь пойти в ночной клуб что ли?
— Нет, то есть да, это немного клуб, но не на всю ночь, только на вечер, поужинать, послушать музыку, поплясать, — я дергаюсь взад-вперед, пытаясь изобразить танец.
— Слушай, я знаю тебя много лет. Ты сама не веришь в то, что говоришь.
— Нет, я правда туда хочу, — вылетает у меня.
— Куда?
— В ресторан, клуб.
— Ну ты же хочешь туда явно не для тусовки, правда? — Вероника смотрит на меня почти так же, как Анна, когда я придумывала отмазки, почему оказалась рядом с ее работой.
— Блин, — я отворачиваюсь. — Не говори только никому.
— Ну, что?
— Помнишь, моя мачеха поет в клубе? Я хочу туда сходить, посмотреть на нее.
— Зачем? Она же вроде как тебе не нравилась?
— Она меня пригласила, сказала, мол оплатит ужин, если мне интересно, — я рассказываю подруге, как мы начали общаться с Анной на дне рождения, а потом в машине.
Вероника пожимает плечами.
— Ну так общайся с ней, иди в ресторан, я тебе зачем для этого? Это же твоя семья, я явно буду лишней.
— Она мне не семья, — резко отвечаю я.
— Ладно, я могу, конечно, сходить с тобой, но ты хорошо подумай, это между вами, лучше тебе одной с ней взаимодействовать, без третьих лиц.
Я вздыхаю. Вероника права. Я на самом деле не хочу туда ее тащить. Но я и не хочу, чтобы Анна думала, что я желаю общаться с ней, и не дай Бог, проводить время. Откуда я знаю, что у нее в голове, и не сделает ли мне она что-то. Не зря же мама говорила, что от такой женщины, как Анна, нужно держаться подальше. К тому же я не хочу, чтобы она представляла меня своим богемным коллегам и друзьям, не хочу, чтобы нас видели вместе, мне неловко от нее и ее образа.
Дома я высчитываю ее смены. Вроде бы она работает завтра, если я правильно предположила, и если у нее не плавающий график. А вот я завтра как раз не работаю. Идеальное совпадение.
Я беру телефон, чтобы набрать Анну, но потом откладываю. В голову мне приходит новый план. Я зайду в ресторан, и посмотрю издалека. Вход туда свободный для всех, осмотрюсь, может, там есть столики в каком-нибудь углу, где меня не будет видно. Возьму бокал вина, и посижу немного. Анна будет занята своим любимым делом, и наверняка ничего и никого не заметит вокруг себя. Я никогда не выступала на сцене, но однокурсники, игравшие в студенческом театре, рассказывали мне, что со сцены все зрители им размытые, они озабоченны своей ролью, а не разглядыванием лиц. К тому же зал там должен быть затемненным. Да, так я и поступлю.
Следующим вечером я надеваю более-менее нарядную одежду, и делаю легкий макияж. Не знаю, зачем, ведь если все удастся, то я ни с кем там не заговорю. Чтобы не выглядеть белой вороной, наверное.
Когда я выхожу в прихожую, и обуваюсь, мама замечает мой вид.
— Куда это ты такая красивая?
— Иду на день рождения однокурсницы, — я придумала это заранее.
— Ты же вроде кроме Вероники ни с кем не дружишь, — как-то подозрительно спрашивает мама.
— Да, но я же все равно общаюсь с ребятами из группы, по учебе, и просто, хотя и не близко. Она меня позвала, я не стала отказываться.
— Ну хорошо, повеселись там, — кивая головой, улыбается мама.
Я говорю ей, что вернусь не сильно поздно, и выскальзываю за дверь.
Как ни странно, но мой план удается. По крайней мере, так мне кажется сначала. Я с большими усилиями выпрямляю спину, захожу в ресторан с уверенным лицом, сразу же сажусь в самом дне зала, и заказываю бокал вина, одновременно разыгрывая спектакль со звонком в никуда, и говоря в пустоту в трубку, будто я собираюсь скоротать время до встречи с моим бойфрендом здесь. Не знаю, зачем я все это проделала. По идее, всем все равно на меня, но мне все равно неуютно и кажется, будто взгляды людей в зале прикованы ко мне и моей невписываемости в атмосферу этого места. Я никогда не была в таких заведениях.