Триша кивнула, и Екатерина Андреевна произнесла.
– Прости, но я рассказала твою историю сестре. И угадай, что? Она очень хорошо знала твою мать…
Света и Триша переглянулись: вот это новости...
– Моя двоюродная сестра, Рита, – продолжила свой рассказ Екатерина Андреевна, – всю свою жизнь прожила в Гатчине и работала гинекологом, пока на пенсию не ушла. Так она и познакомилась с твоей мамой. В последний раз, когда они виделись, твоя мать пришла на аборт, – Екатерина Андреевна поджала губы. – Рита, которая наблюдала её после родов, была категорически против! Говорила ей, что она потом вообще не сможет иметь детей, там были какие-то гинекологические проблемы, я не запомнила.
– Погодите, – перебила её Триша. – Но как вы поняли, что это именно она, моя мама?
– Так, твоё имя! – воскликнула Екатерина Андреевна. – Я как сказала, что тебя зовут Патрисия, так она сразу поняла, что ты дочь Танечки. Ведь так её зовут?
Триша кивнула.
– И потом, ты говорила мне про этот палец… Так вот, палец она повредила ещё в детском доме, там была какая-то жуткая травма, пришлось удалять фалангу. Рита очень прониклась этой бедной девочкой, она же круглая сирота, муж – картёжник, у неё вообще никакой жизни не было. Заштопанное бельё, стоптанные сандалии… И притом – такая красавица! За твоей матерью увивались многие мужчины.
– Вы хотите сказать, что она избавилась от ребёнка, потому что у неё был другой мужчина?
Екатерина Андреевна, жмурясь от удовольствия, что находится в центре внимания и владеет такой ценной информацией, обвела девушек взглядом и заговорщицким тоном произнесла:
– Да в том то всё и дело! Мужчина у неё был, да. Но ребёночек – он был от твоего отца, Триша.
Света ахнула, а Триша зажмурилась, на миг представляя себе совсем другую жизнь, в которой она растёт в полной и благополучной семье, с матерью, отцом и младшим братом.
– Она сама про это сказала? – спросила Света приглушённым голосом, словно говорить о таком было нельзя.
– Ну, по крайней мере, Рите она так говорила. Она же совсем одинокая была, поговорить ей не с кем, ни родственников, ни друзей. А врач он как священник. Вот она Рите всю подноготную о своей жизни и вывалила. Ты прости, Триша, что я так прямо тебе всё говорю, но твоя мать не очень порядочная женщина. Мужу своему она изменяла, а потом и вовсе его бросила, и тебя заодно.
Тришу этим было не удивить, она и так понимала, что мать её бросила. Но почему она это сделала?
– А почему, сестра вам не рассказывала?
Екатерина Андреевна вздохнула:
– Нет, этого она, к сожалению, не знает. Просто однажды Таня пропала и всё. Она даже не знала, что Таня бросила вас с отцом, думала, может, вы все вместе переехали.
Триша разочарованно произнесла:
– То есть она ничего не знает о том, где она сейчас?
Екатерина Андреевна вновь обвела комнату с видом победительницы, словно бы на неё смотрели не две пары глаз, а как минимум десять, и с гордостью произнесла.
– А вот тут подожди. Года три назад Рита во время просмотра новостей увидела открытие какого-то очередного медицинского центра. Показывали одного нашего известного мецената, который принял участие в этом мероприятии. И вот с ним самым рядом была твоя мать – Рита в этом уверена на все сто процентов! Она так мне и сказала: «Я только её увидела, сразу признала». Нет, она, конечно, сильно изменилась – Рита считает, что пластику лица сделала. И зря, раньше ей лучше было!
Триша была в шоке. Неужели, её поиски, наконец, пришли к какому-то реальному результату? Неужели она и правда нашла мать?
Екатерина Андреевна потянулась за своей сумкой и вынула небольшой белый листок.
– Вот, – сказала она. – Я записал тебе его имя.
Триша развернула его и причитала: «Мальцев Сергей Евгеньевич».
Она знала это имя – слышала в новостях, видела упоминание в статьях в интернете. Неужели её мама связана с этим мужчиной? Она что, его жена?
Триша протянула листок Свете, и та, прочитав имя, присвистнула.
– Ого!
Света взяла в руки телефон и быстро загуглила. Пробежав глазами по строчкам, она протянула его Трише.
На фотографии был тот самый мужчина, которого ей показывал Василий. Получается, это всё-таки была её мама? Почему тогда Василий сказал, что это не она?
У Триши потемнело в глазах. Сердце билось где-то в горле, так сильно, что её затошнило.
– Эй? – словно сквозь пелену услышала она голос подруги. – С тобой всё в порядке?
– Принеси ей воды! – скомандовала Екатерина Андреевна.