– Осторожнее! – крикнула Триша, и он, чертыхнувшись, вернул себе контроль над машиной.
– Я не понял – что значит «бросила ради информации»?
Триша вздохнула. Не стоило ему всё это рассказывать, но… Сейчас ей, как никогда, нужен был взгляд со стороны. И она медленно и обстоятельно рассказала Косте всю историю, начиная со дня знакомства с Гришей и заканчивая просьбами мачехи помочь ей влюбить его в Настю…
Триша думала, что Костя её осудит, ляпнет что-то язвительное или хотя бы удивиться. Но никаких комментариев от Кости не было. Он помрачнел, и Триша не могла понять, почему. Наверное, разочаровался в ней.
– И что ты об этом думаешь? – спросила она.
– Что думаю? Ну, с Екатериной Андреевной и Васей тебе явно повезло. А вот с мачехой – не очень. Скажи, а почему ты не объяснила своему Грише всё как есть?
– Сначала я просто растерялась. Лида так давила, я не успела сообразить, ещё и Настя таблеток наглоталась… А потом я хотела, но он уже отказался, обиделся на меня. И был прав, наверное. Думает, что я сейчас с тобой, – сказала Триша и тут же пожалела о своих словах. Кажется, она даже покраснела.
Костя очень сосредоточенно смотрел на дорогу и молчал. А потом спросил:
– Ты всё ещё его любишь?
– Не знаю, – честно ответила Триша. – Я скучаю по нему, хочу быть вместе с ним, но… Если бы я любила его, разве бы я смогла так просто от него отказаться?
Этот вопрос не требовал ответа, и Костя больше ничего не сказал. Триша думала, что он предложит подождать её, но Костя как-то отстранённо попрощался и уехал.
Дрожа от холода и волнения, Триша вошла в здание. На проходной она назвала своё имя, и её пропустили. Триша поднялась в просторном лифте на восьмой этаж и, сначала немного заплутала, свернув не туда, но вскоре отыскала нужный кабинет. Она постучалась в дверь и осторожно открыла её, услышав приглашение войти.
За столом сидела её мать. Та самая женщина с фотографии. В строгом брючном костюме вишнёвого цвета, на руках тонкие, изящные перчатки. Она выглядела гораздо моложе Лиды, хотя они были одного года рождения, насколько знала Триша.
– Здравствуйте, – тихо сказала она.
– Проходи, – строго велела ей мать и осмотрела её с ног до головы. – Ты чего сутулая такая? Голову выше надо держать. Вся в отца, как я посмотрю.
Триша прошла и села в кожаное кресло напротив стола, за которым сидела мать. Некоторое время они молчали, рассматривая друг друга.
– Чай или кофе?
– Спасибо, ничего не надо.
– Ну что, ты, как я полагаю, хочешь знать, почему я исчезла из вашей жизни? – спросила мать и, не дожидаясь ответа на вопрос, продолжила. – Честно говоря, я не хотела ничего тебе рассказывать. Не вижу в этом никакого смысла. Прошлое – оно для слабаков, сильные люди не должны за него цепляться. Но… – она постучала здоровым указательным пальцем по столу. – Ты же не оставишь меня в покое, как я полагаю. Лучше сразу расставить все точки над i. Уверена, что хочешь всё это услышать?
Триша кивнула.
– Ты знаешь, что мы с твоим отцом выросли в детском доме? Не хочу показаться пафосной, но это ад. Прежде чем осуждать меня, запомни это. То, что пишут в СМИ про жизнь в детском доме – только вершина айсберга. Не буду сейчас вспоминать всё это и рассказывать тебе, если будет желание, найдёшь сама какие-нибудь истории. Тут важно одно: я готова была сделать всё, чтобы вырваться из той жизни. А твой отец… Я сначала думала, что он такой же, как я, но быстро поняла: он не способен ни на что, кроме как играть в карты и тонуть в долгах. Но у меня в животе уже была ты, так что выбора у меня особо не было. А потом я встретила Серёжу. Совершенно случайно, бельё в магазине покупала, и он обратился ко мне за помощью.
Мать посмотрела Трише прямо в глаза.
– Ты девочка взрослая, знаешь, как оно бывает – между нами возникли определённые чувства. Он уже тогда занимал неплохую должность, был состоятелен, и я сделала всё, чтобы он захотел быть со мной. Так что всё просто: я ушла от твоего отца потому, что встретила другого мужчину. Ничего особенного в этой истории нет.
– Но почему вы не взяли меня с собой? – вырвалось у Триши.
Мать удивлённо приподняла брови.
– Почему? Потому что Сергей поставил мне только одно условие: я должна оставить своё прошлое. Ему не нужны чужие дети. А ты, в конце концов, не одна осталась, а с отцом. Он не хуже меня мог о тебе позаботиться, тем более у тебя и новая мамка быстро появилась.
В голосе матери прозвучало столько презрения, что Трише даже стало обидно за мачеху. Но слова застряли у неё в горле, и она промолчала.
– Ты пойми, Патрисия, главное в этой жизни – деньги. Без них ты никто и ничто. А твой отец не был в состоянии их заработать. А вот Серёжа – мог. Кто сильнее, тому и достаются лучшие женщины. Запомни это.