– Ну конечно, я примчался сюда с утра пораньше только для того, чтобы посмотреть на всех этих толкающихся людей! Триша, иногда ты говоришь такие глупости…
И он снова заключил её в свои объятья. А потом поцеловал. И Триша поняла: теперь точно всё будет хорошо.
Часть 2. Глава 13. Абсолютно чужой мужчина.
Звонок прозвучал тревожно и неожиданно. Подобные звонки всегда бывают не вовремя, у них даже звук какой-то другой. Триша вздрогнула и покраснела – она в этот момент делала доклад, и, конечно же, забывала отключить звук, хотя Костя ей напоминал.
Она не видела сейчас его лицо, но вполне могла представить, как он морщится и что потом ей скажет. Ну, забыла она, да, с кем не бывает?
Извинившись, она сбросила звонок, успев увидеть, что это Настя, и холодный пот выступил у неё на спине.
Настя никогда ей не звонила. Писала поздравления с днём рождения и Новым годом, но на этом всё. Сестры так и не смогли наладить отношения, хотя прошло уже три года.
Триша скомкано закончила выступление, расстроенная и самим недоразумением, и фактом звонка Насти: хорошего тут ничего не жди.
Как она и ожидала, Костя накинулся на неё с упрёками.
– Триша, ну я же говорил тебе выключить звук, неужели так сложно это сделать?
– Говорил. Но я забыла. Слушай, нечего на меня нападать, с каждым может случиться.
– Не с каждым, – возразил он. – А только с тобой. У тебя вечно такие истории. Именно поэтому тебе не продлили контракт.
Это был удар ниже пояса. После прохождения стажировки им предложили работу по контракту, но Косте его потом продлили, а Трише нет. Теперь они не знали, как жить дальше – конечно же, глупо было отказываться от такого шанса, но что ей тут делать, Триша просто не представляла. Она пыталась найти работу, но пока безуспешно. А это значит, визу ей никто не продлит.
Именно из-за этого они постоянно ссорились в последнее время – Костя обвинял Тришу, что она недостаточно старается, а она его в том, что он не соглашается с тем, что ей не предложили работу только потому, что она женщина. Мужчины вообще не верят в то, что существуют какие-то проблемы с устройством на работу женщин.
– И вообще, ты же знаешь, мне никто обычно не звонит. – Триша решила не накалять ситуацию. – Так что всё это просто неудачное стечение обстоятельств.
– Ну и кто тебе звонил? – поинтересовался Костя.
– Ты не поверишь! Настя. Мне теперь страшно перезванивать. Вдруг что-то случилось?
Костя смягчился, взял её за руку.
– Хочешь, я перезвоню?
– Нет, не надо, я сама. До дома доберёмся, здесь слишком шумно, чтобы говорить.
Но она не успела перезвонить – буквально через несколько минут телефон, поставленный на беззвучный режим, начал вибрировать, и Трише пришлось взять трубку.
– Настя? – неуверенно спросила она.
– Мама в больнице, – голос сестры звучал приглушённо, словно сестра говорила из какого-то бункера.
– Как в больнице? Что с ней?
– Я не знаю. Мы пришли домой, а она лежит. Гриша вызвал скорую…
Настин голос сорвался, и она зарыдала в трубку.
– Настя, что с Лидой? – закричала Триша. Её грудь словно сжали ледяные тиски, стало нечем дышать. Давно у неё уже не было приступов.
Но Настя не могла произнести ни слова, лишь заикалась и давилась слезами. Потом плач словно отдалился, и Триша услышала голос, от которого ёкнуло сердце.
– Привет, это Гриша. Лида в реанимации, у неё инсульт. Прогнозы не очень, так что… Ты можешь приехать?
– Что? – не поняла Триша.
– Ну, прилететь сюда. Я боюсь за Настю. Мы тебе пока не говорили… В общем, Настя беременна. Если Лида… Ну, в общем, без тебя тут не обойтись, – заключил Гриша.
Костя, хотя и не мог слышать сам разговор, словно почувствовал что-то, или, возможно, уловил мужской тембр и догадался, с кем она говорит, потому что разом ощетинился, развернулся и отошёл.
Тришу это бесило – ревновать спустя столько времени, как будто она даёт повод! А сам, между прочим, даже замуж её не позвал.
– Я не знаю, – растерянно ответила Триша. – У меня собеседование послезавтра насчёт работы, может, после этого и смогу вырваться…
– Триша, – перебил её Гриша. – Речь идёт о часах, а не о сутках! Лида вырастила тебя как родную дочь, неужели ты бросишь её в такой час?
Триша услышала, как рыдания сёстры только усилились, и подумала: какой же Гриша всё-таки глупый – ну разве можно такое говорить при беременной жене?
– Дай мне Настю, – потребовала она.
Гриша что-то сказал Насте и подал ей трубку, так как плач сестры приблизился.
– Настя, – строго проговорила Триша. – Быстро успокойся, хватит себя жалеть, думай о ребёнке. Я вылечу первым же рейсом, слышишь? Всё будет хорошо, не слушай Григория, он в этом ничего не понимает. Помнишь, сколько раз ты сама лежала в реанимации? И ничего. Так что всё, выпей валерьянки и прекрати реветь.