Костя не успокоился и принялся звонить Свете. Та взяла трубку, выслушала объяснения и накинулась на него с обвинениями:
– Ты знаешь, мой муж всё время куда-то пропадает, не объясняя мне, где и с кем он. Но мне даже в голову не приходит залезть в его телефон или прочитать его сообщения! Ты вообще с ума сошёл? Своей ревностью ты разрушишь всё, что между вами есть. Тебе напомнить историю про моего бывшего?
Триша не слышала, что говорит Костя, но постепенно Света смягчилась.
– Не трогай её сегодня. Завтра она остынет и выслушает твои извинения.
Закончив разговор с Костей, Света сказала подруге:
– Прости ты этого дурака. Он там такой расстроенный. Мне кажется, ему надо к психологу, у него какая-то болезненная неуверенность себе. Ты точно не давала для этого повода?
– Да точно! Сама же упомянула своего бывшего, знаешь, что такое ревность.
Света задумалась и сказала:
– А попробуй не скрывать, боясь его реакции, а говорить как есть. Ну, расстроится он – это всё равно лучше, чем вскроется обман.
Триша вздохнула.
– А что это за история про Васю?
Света дёрнула плечом.
– Да кто его знает. Звонят с работы, спрашивают его – типа он домой уже уехал. А его нет. Я спрашиваю, он говорит у Екатерины Андреевны.
– Так может и правда там?
Света покачала головой.
– Ой, не знаю… Нет, я не думаю, что у него кто-то есть. Но чем-то тайным он точно занимается. Надеюсь, что это хоть законно…
Утром перед выпиской Триша поехала в клинику, которую ей порекомендовал Гриша, чтобы пообщаться с реабилитологом - неким Леонидом Петровичем. На стойке администраторов она спросила:
– Здравствуйте, подскажите, а могу я поговорить с Леонидом Петровичем?
Совсем молоденькая девушка в круглых очках, как у Гарри Поттера, заглянула в компьютер и спросила:
– А вы записаны? У него сегодня всё занято.
– Понимаете, с ним уже говорили про нашу проблему – у меня мама после инсульта, он же выезжает на дом? Я просто хотела уточнить всё.
– Да, у нас есть такие услуги. У Леонида Петровича сейчас пациент, он освободится через пятнадцать минут, и вы можете обсудить с ним условия.
– Спасибо, я могу подождать здесь?
– Да, конечно. Я сообщу ему.
Триша села в кресло. Пока ждала, решила всё же прочитать сообщения от Кости. Он, конечно же, просил прощение, обещал больше так не делать и так далее.
«Ага, попробуй ещё раз подобное сотворить, – подумала Триша. – Я все пароли уже поменяла».
Вспомнив совет Светы, она написала: «Костя, давай раз и навсегда договоримся. Гриша – муж моей сестры. Я вынуждена иногда с ним общаться. Он ничего плохого тебе не сделал. И хочу тебе напомнить – по сути, это он проигравший соперник, а не ты. Так что давай ты прекратишь ревновать, а я обещаю, что не буду ничего от тебя скрывать».
Ответ прилетел сразу: «Я на всё согласен! Прости меня, я идиот. Я люблю тебя».
Триша вздохнула – и что делать с этим Костей!
– Девушка, Леонид Петрович освободился, пройдите в кабинет номер семь. И если вы договоритесь, нужно будет оформить услугу у меня на стойке.
– Да, нам ещё сиделка понадобится, я потом подойду к вам.
Триша прошла к седьмому кабинету и постучалась.
– Входите, – услышала она мужской голос.
Она отворила дверь и вошла внутрь.
За столом сидел никакой не Леонид Петрович, а их с Костей одногруппник Лёнька Кулаков.
– Триша? – удивился он.
– Так ты и есть великий реабилитолог?
Он рассмеялся.
– Ну да. А ты какими судьбами здесь? Я вроде слышал, ты в Англии сейчас?
– У мамы инсульт, – объяснила она. – Пришлось прилететь. Я поэтому и в клинику пришла. Мне контакты родственник дал, ему очень рекомендовали. Тебя, в частности.
– Так, я ставлю чайник, и просто так ты от меня не отделаешься. Пошли, расскажешь, как там в Англии. Слушай, а правду говорят, что ты с Костей живёшь?
– Живу, да...
– Ну дела… Ладно, ты какой чай пьёшь?
– Чёрный. С молоком.
– Я, как чувствовал, сливки с утра купил, – опять рассмеялся он. – Идём, англичанка.
Особо поговорить они не успели – Трише нужно было на выписку, а у Лёни следующий пациент. Но обменялись основными новостями, а также договорились про помощь с Лидой. После этого Триша на стойке взяла нужные документы, пообещала заполнить их попозже и вечером заехать, чтобы всё оплатить – Гриша уже названивал ей: Лиде отдали выписку, и её можно было забирать.