— Хо, а вот этого ему точно никто не позволит, — хищно ухмыльнулась мама. — Не для этого старичка мой цветочек рос.
— Я не цветочек, — наигранно надулся Северус, еле сдерживая довольную улыбку.
— Цветочек, цветочек, — чмокнула его в нос мама и засмеялась, — чертополох, вон, тоже цветочек.
— Значит, мы пригласим его в гости, чтобы обсудить контракт?
— Да, пригласим, чтобы, даже если у него и возникли догадки и сомнения на твой счёт, он понял, что они неверны… Только завтра к нам должна прийти Беллатрикс, возможно, с сестрой…
— Это из-за Пенни? — догадался Северус. — Она когда ту кучерявую Блэк за руку взяла, кажется, снова что-то про будущее увидела. Она сказала, что там было?
— Что-то страшное для Блэков в целом и смерть Сириуса в частности, — задумчиво ответила мама. — Сейчас вовсю идут политические разброды и шатания. Магглорождённых становится всё больше. Возможно, такую старую, сильную, богатую и влиятельную семью хотят со временем уничтожить. Мне это совсем не нравится. Если у самого мощного дерева целенаправленно подрубать корни, то в какой-то момент оно высохнет и рухнет. И у меня чувство, что через детей Блэков кто-то хочет начать уничтожать их семью…
— Да? — тихо переспросил Северус, ощутив, как от маминых слов вдоль позвоночника пробежали стылые мурашки.
— Теперь Пенелопа с ними связана ученическим контрактом, да и есть у меня подозрения, что Сириус положил глаз на твою сестру, — кивнула мама, — поэтому её преследуют яркие видения насчёт всех Блэков. Они стали её второй семьёй, в том числе и в будущем.
— Как ты увидела видение про Пенни, когда ещё только с ней познакомилась, из-за того, что оказалась её мамой в будущем? — понял аналогию Северус.
— Да, как-то так, — кивнула мама, а потом хлопнула себя по коленке, — ну да ладно, Беллатрикс мы пригласили на ланч, давай договоримся с Принцем на завтрашний вечер, пригласим поужинать с нами, ты покажешь свою лабораторию, и обговорим контракт.
* * *
Ночью Северусу не спалось. Он вспоминал события, которые приключились с ним за последние годы, когда в его жизни появилась Элис. Ему было, что терять, и терять Северус категорически не хотел. Он ворочался с боку на бок и просчитывал, прикидывал, мысленно репетировал, что скажет Принцу в том или ином случае. Всё было взаимосвязано — потянет Принц за одну ниточку, и не заметишь, как всё развалится. Под утро, когда наконец удалось задремать, Северусу приснился дурацкий сон про то, что он вырос в подобие мистера Принца — страшным желчным стариком, который никогда не улыбается и с которым никто не хочет иметь дел.
— Эй, Северус! — разбудило его прикосновение: Римус Люпин нещадно тряс его за плечо.
— А?
— Ты стонал во сне. Кошмар приснился? — в полумраке спальни глаза Римуса слегка светились.
— Не помню, — соврал Северус, растирая лицо. — Наверное, просто волнуюсь из-за сегодняшней встречи с Мастером зелий. Возможно, он возьмёт меня в ученики.
— Миссис Джонс уже приготовила завтрак. Я пришёл тебя будить, — раскрыл шторы Римус, и спальня залилась солнечным светом. — Мастер — это круто. Не волнуйся, ты очень способный. Я слышал, как мистер Блэк тебя хвалил твоим родителям. Он просто так бы такого не сказал. Покажешь этому Мастеру своё улучшенное бодроперцовое, и он тебя тут же возьмёт в ученики. Может, даже с патентом поможет.
— Ага, — фыркнул Северус, — патенты выдают только совершеннолетним, то есть в семнадцать, к тому же такое популярное зелье потребует ряд испытаний… чтобы убедиться, что улучшение в одном месте не несёт в себе ухудшения в другом. Мама сказала, что так бывает со всякими лекарствами. Выпьешь таблетку от головной боли, а уже из-за таблетки заболит живот. «Побочный эффект» называется.
— Ну, может быть, — покладисто ответил Римус. Он вообще никогда не спорил. И, по мнению Северуса, для оборотня так был крайне миролюбив, спокоен и робок. Сейчас в зрении Сумрака Римус выглядел совсем неаппетитно для Тёмного: никакого негатива или хотя бы тени зависти, лишь тихая светлая радость за друга и предвкушение завтрака.
Мама несколько лет назад начала обучать их с Пенни основам медитации, чтобы было легче проникать в Сумрак. Сначала Северусу было гораздо тяжелее, чем сестре, не столько сосредоточиться, сколько отрешиться от мыслей, которые роились в его голове постоянно. Несмотря на то, что они уже были инициированы, занятия по медитации мама не отменила, так что с ними стал заниматься ещё и Римус. Вот уж у кого был настоящий талант: мама говорила, что «если Римус продолжит, то вполне может познать мифический дзен».