Выбрать главу

Сатпрем

Мать или Новый Вид (Том 2)

Сатпрем

Мать или Новый Вид. Том 2

Трилогия книг о Матери:

I The Divine Materialism II The New Species III The Mutation of Death

Она работает здесь

в теле, чтобы принести вниз

нечто еще не выраженное

в этом материальном мире,

чтобы трансформировать жизнь здесь

Шри Ауробиндо

I. ТОТ ВЕЛИКИЙ ВЗГЛЯД

Начиналась новая жизнь.

Нечто закрылось в этом неистовом сердце, подобно тяжелой серебряной двери, за которой она переносила свою боль в тишине, что, возможно, было ужасно. Нечто навсегда укоренилось там, что-то вроде взгляда, который мог быть кромешне черным и золотым в своих глубинах, железной волей, которая неотступно уставилась на Смерть. Теперь она знала: это был "вопрос, данный мне для разрешения". Она отслеживала Врага во всех его обличиях; за всеми жестами, шагами, словами, той или иной личностью, она смотрела на Врага и пронзала его форму. Я не знаю в мире никакого другого существа, которые бы так постоянно и столь непреклонно придерживалось бы невероятно цельной воли -- не стоило делать ни одного вдоха той жизни, не стоило проживать даже секунду из двадцатичетырехчасового дня, чтобы не посветить их завоеванию того или поискам того. Он ушел, должен ли был уйти? Полный упадок. И это был даже не Шри Ауробиндо, на которого она смотрела -- это было за пределами Шри Ауробиндо, "нечто", что было подобно великому Тому: Абсолюту, Всевышнему -- и что значат слова? Так или иначе слова абсурдны. То, что удерживает все от того, чтобы оно сразу же не развалилось, подобно чудовищному фарсу. Ведь, так оно и есть, как вещи предстоят с первого взгляда, мир является крайней чудовищностью, завуалированной только нашим несознанием. Без той вуали несознания мир был бы непереносим. Убери иллюзию, и останется лишь выбор между Нирваной или самоубийством -- и Тем, единственной надеждой обрести какой-либо смысл. Единственно позитивная вещь во всей этой чудовищной бессмыслице. Противоположная сторона Смерти. Иначе Смерть является единственным абсолютом, торжествующим повсюду, в каждом уголке, ожидающей нас на следующем повороте дороги, где она снимет свою маску и, смеясь, выбьет всю нашу болезненную глупость. То или Смерть. В промежутке между ними нет ничего, кроме маскарада и марионеток в этом маскараде. Либо устремляешься к Тому, либо ты уже в лапах смерти. То, единственно возможная и живая вещь в этой пародии на жизнь, которая не является жизнью, единственная Сила, которая может бросить вызов силе смерти повсюду. И если мы не верим в это, тем хуже для нас -- это значит, что наше имя уже занесено в скрижали смерти. На самом деле, это не вопрос "веры", это вопрос дыхания; если уж с иллюзией покончено, то это больше не вопрос для обдумывания, существует ли кислород, или вопрос изучения метафизики кислорода: или дышишь, или умираешь. Это так просто. То означает дыхание. Мы можем назвать это "китом", если угодно, но если мы не на спине этого кита, то очень скоро будем втянуты на самое дно -- это не так уж далеко. Это завтра. Это даже прямо перед нашими носами: смерть проскакивает в прошлое и снова проскальзывает назад в каждый момент нашей жизни, подобно молчаливой акуле, элегантной и улыбающейся -- очаровательной. Истина состоит в том, что уход Шри Ауробиндо толкнул меня прямо ко Всевышнему, без каких-либо посредников. Или То, или ничто, предельно просто. Ничто означает Смерть. Она говорила "Всевышний" или "Господь" или "Ты" -- не имеет значения. Это был просто ее способ взывания к тому, что нисколько не заботит, как мы его называем, но что является единственной вещью, которой можно дышать перед лицом вездесущей всесильной смерти. И, может статься, что все наши человеческие переживания -все, без исключения -- независимо от их видимости или языка, существуют исключительно, единственно и абсолютно ради того, чтобы вести каждого из нас к единственной Секунде, когда мы поворачиваемся к этой уникальной Возможности: внезапно мы говорим: то, или смерть. Мы обращаемся к Позитивной Вещи, к кислороду, мы раскрываем наши руки, и как идиоты, или нет, твердим: То, то, то... единственный абсолют -- это Всевышний, единственное постоянство -- это Всевышний, единственный оплот -- это Всевышний, единственное бессмертие -- это Всевышний. И только то существует. Иначе невозможно, иначе это живая смерть. Все переживания, все без исключения, предназначены вести нас туда. Это первая секунда жизни в царстве Смерти. И тогда приходит такое поглощающее, такое абсолютное переживание... Неопределенность, неустойчивость, мимолетность, непостоянная и нестойкая природа всякой вещи; можно не зависеть НИ ОТ ЧЕГО -- все распалось -- кроме Всевышнего, потому что Он есть все. Только Все, в его вечности, никогда не терпит крах... Слова глупы, но это переживание. Как только вы имели это переживание, все кончено: все остальное -- это просто детали, результат того. Тогда мы поистине спасены; или, скорее, обложены со всех сторон смертью -- которую мы не замечали раньше. Мы спасены, потому что дышим. Мы начали видеть настоящее лицо "жизни". Мы начали сражаться со смертью. Мы с теми, кто тянет эволюцию к той стороне, на которой можно дышать -- в действительности, мы не "с теми": мы со Всевышним. "С теми" -- это все еще часть нашей смертной путаницы. И безо всякой дрожи мы можем переносить великий, всесильный взгляд Матери, который открывался, иногда, за серебряной дверью... потому что это взгляд ужасающ для всех тех маленьких смертей, которых мы держим внутри самих себя. Я провожу свое время, покрывая себя вуалью: слой за слоем, слой за слоем, так чтобы остаться невидимой. Иначе... невыносимо.

Временами.., я видел.

Так что теперь мы знаем, что означает Жизнь в этом царстве Смерти. Она отправилась завоевывать это, настоящую жизнь для земли -- против наших бесчисленных маленьких смертей. Когда земля сможет переносить этот взгляд, она ближе подойдет к тому, чтобы быть настоящей землей, ведь тогда она избавится от своей чудовищной солидарности со смертью. Возможно, не найдется ни одного существа, которое, так или иначе, не содействовало бы смерти. Это ужасает. Но те двадцать три года жизни Матери были ужасными годами.

Коротко говоря, каждое существо в этой эволюционной лаборатории являло собой некий образчик, в каждом из которых должна быть решена эта проблема смерти.

II. НОВЫЙ ВИД

Возникал почти новый Ашрам. По сути, мы принимаем всех, всю землю, и затем "взбалтываем", и все бесполезное отсеивается. Дети, множество детей, все больше и больше. И, честно говоря, она была гораздо больше заинтересована в детях, чем в учениках, которые знали все, что нужно или не нужно было делать, и были полны света, йоги и переживаний: Они застыли на своем пути. Очень хорошие образцы, чтобы выставить их в музее, но не для того, чтобы делать работу... Должна сказать, что для своей работы я предпочитаю кого-либо, кто знает очень мало, кто много не упражнялся по части само-контроля, но кто имеет великое пламя стремления и обилие доброй воли. Нечто податливое, прогрессивное, что не нужно разбивать на мелкие кусочки, чтобы сделать прогресс. Действительно, это очевидно: следующая жизнь, которая должна прийти, следующий шаг эволюции столь радикально отличается от того, чем мы являемся, что мы думаем и что мы видим на своих вершинах ортодоксального света -- даже наши качества совершенно бесполезны и почти не связаны с теми, которые будут двигать новым видом -- что мы должны заставить наш разум культивировать нечто иное, если мы не хотим продолжать идти во главе вымирающего вида. Нет никакого смысла в культивировании практики "раскачивания деревьев" или даже в "йоге", ведь, в любом случае, грядущее будет совершенно иным. Каковы качества будущего? Будет интересно обнаружить это.

Она ясно видела, она далеко заглядывала в будущее. В 1943 г. она основала Школу Ашрама [Ashram School], насчитывавшую тогда двадцать пять учеников; девять лет спустя их было около двух сотен, и она основала Международный Университетский Центр Шри Ауробиндо [Sri Aurobindo International University Centre]. Не забывайте, все вы, находящиеся здесь, -- говорила она, -- что мы хотим реализовать нечто, что еще не существует на земле; так что абсурдно искать где-либо пример того, что мы хотим сделать. По существу, она пыталась внедрить в них чудо будущего, невиденную возможность будущего, беспрецедентное "нечто", делаемое в эволюционном тигле -- да, эволюция "делается": почему бы нам не делать ее вместе? Давайте сделаем другое существо на земле. Это гораздо интереснее, чем стремиться стать благосостоятельными преемниками сотой демократической династии после Христа, все снова и снова. Прежде всего, она старалась выкорчевать старый шаблон смерти из сознания учителей; иными словами, она начала с учителей. Учителя сели за студенческие парты, и она "замешивала все тесто" вместе в странной, беспрецедентной смеси, в которой никто не был учителем и никто не был учеником, и в которой все вместе искали формулу будущего: дети делали это спонтанно, не заботясь о каком-либо ложном "будущем", а учителя с их неистовым сопротивлением как бы точно "просверливались" Матерью и самими учениками, пока, волей-неволей, не был получен некий необычный результат. Для начала, не было никаких дипломов и никаких экзаменов (и это за четырнадцать лет до реорганизации университета в Беркли в 1964 г.). Но какая же шла борьба, чтобы выкорчевать те семена из голов учителей! Зачем нужны дипломы? Чтобы стать супер-пешками исчезающего вида? Около столетия человеческий вид страдал от всемирно распространенного заболевания, которое сейчас достигло наиболее острого состояния: эту болезнь можно назвать утилитаризм... Детям, зараженным этой болезнью, не место в Образовательном Центре Ашрама [Ashram's Centre of Education]. Действительно, нужно было буквально вбивать в головы этих детей, что они делают будущее: "Это восхитительно, вы так не думаете?", -- говорила она им. Мы открываем будущее. Мы открываем его без того, чтобы быть ограничены всеми "это невозможно" или "это возможно". Возможно все, и она никогда не уставала повторять им: Когда что-то кажется невозможным вам? Когда вы пытались сделать это. Если бы вы никогда не пытались сделать это, то оно никогда не казалось бы вам невозможным. И, прежде всего, почему вы пытались сделать это? Потому что это находится в вашем сознании. Если бы этого не было в вашем сознании, вы никогда не пытались бы сделать это. И в ту минуту, когда оно приходит в ваше сознание, становится совершенно очевидно, что это есть нечто, что вы будете реализовывать. Вы не способны реализовать лишь то, что находится вне вашего сознания. Это так просто! Нет?