— Нет, он говорил совершенно серьезно.
— Интересно. Когда Фредди просит меня прийти, это всегда означает, что его что-то крайне волнует, — Бишоп круто повернул руль, и лимузин устремился на юг от Кингс-Роуд. — Его голос звучал возбужденно?
— Да, немного, — ответила она. — Ты ведь знаешь Фредди — стоит ему что-то учуять, и он начинает тихо урчать.
— Я позвоню этому старому черту.
По оконным стеклам дома на Чейни-Мьюз стремительно пробежал солнечный свет, отразившийся от ветрового стекла «роллс-ройса», и машина остановилась.
— Добро пожаловать домой, — сказала мисс Горриндж.
— Спасибо, Горри.
Бишоп позвонил в Скотленд-Ярд сразу после обеда.
— Инспектора Фрисни, пожалуйста. Это Бишоп.
В ожидании ответа он смотрел на Чу Ю-Хсин. А она глядела на него, устроившись на краешке письменного стола; двигался только кончик ее хвоста.
Вера Горриндж сидела на кушетке и просматривала подшитые вырезки из газет. Они с кошкой услышали, как слабый голос на другом конце провода назвал так хорошо знакомое им имя.
— Хьюго?
— Привет, Фредди. Как жизнь?
— Хорошо. А ты как?
— И у меня прекрасно. Горри передала, что ты просил позвонить.
— Рад, что ты это сделал. Ты сильно занят?
— Нет, не очень.
— Так может подъедешь прямо сейчас? — предложил Фрисни.
— Это что, срочно?
— В общем, да.
Бишоп не сводил глаз с сиамской кошки на письменном столе.
— Ты просто кладезь информации, Фредди. Скажи хоть какое-нибудь ключевое слово, чтобы заинтересовать меня своими сведениями.
— Брейн.
— Сейчас буду, — тотчас сказал Бишоп. — Пока. — И повесил трубку.
— Каким оказалось ключевое слово? — спросила мисс Горриндж.
— Брейн. Ты говорила Фредди, что мы работаем над этим делом?
— Ну, разве только полслова.
Бишоп медленно улыбнулся, набивая трубку табаком.
— Он знал, как меня заполучить.
— Ты едешь прямо сейчас?
— Да. — Бишоп минуту подумал. — Вот что странно, Горри, если посмотреть внимательно. Я знаю, что был единственным свидетелем гибели Брейна; дознание пришло к выводу, что смерть наступила в результате несчастного случая. Почему же Фредди догадался, что я все еще занимаюсь этим делом?
— Я могу предложить тебе несколько ответов на этот вопрос, Хьюго. Но Фредди даст тебе самый точный. Мне остаться?
— Если только ты не имеешь особого желания ехать.
— Нет, не имею.
— Хорошо. Если позвонит малышка Софи Маршам, передай, что мне хотелось бы ее повидать. Если она не против, можно вместе поужинать сегодня вечером.
— Я что-нибудь организую. Она звонила, пока тебя не было. Я сказала, что ты приедешь сегодня утром.
— Она не говорила, зачем звонит, чего хочет?
— Нет, но особенно и не скрывала. По-моему, просто дружеский звонок.
Бишоп прошел через длинную комнату к двери, оставляя за собой слабое облачко дыма из трубки.
— Если так, — проговорил он, — то это первое проявление простых дружеских чувств с тех пор, как погиб Брейн. Все его знакомые затаились как коты в засаде, словно собираясь прыгнуть и не зная, на кого именно.
— Может быть, на тебя?
— Трудно сказать. — С этими словами Бишоп закрыл дверь.
Фрисни стоял возле окна, разглядывая что-то на улице. В кабинете больше никого не было. Фрисни повернул голову, когда вошел Бишоп, и сказал:
— Бери стул. — Потом снова посмотрел в открытое окно. — Примерно между пятью и шестью минутами четвертого в августе солнцу удается послать один коротенький луч между теми трубами, и поэтому если я встану здесь на толстую телефонную книгу и наклоню голову, то получу солнечную ванну. И так каждый день. Вот каким образом я приобретаю загар не хуже, чем в Монте-Карло.
Бишоп боком присел на краешек письменного стола Фрисни.
— Приветствую тебя, мой младший брат, — произнес он.
Фрисни отошел от окна и сел в кресло за столом, внимательно глядя на Бишопа. Он уродился с длинным лицом и открытым взглядом, который пронизывал человека насквозь; и когда он так смотрел, люди видели, как все их прошлое, отражаясь, проходит в этих глазах. Ощущение было очень неприятное. Но Бишоп не возражал. Они с Фрисни разглядывали так друг друга со школьной скамьи.
— Я не собираюсь отнимать у тебя время, — начал Фрисни, — и притворяться, будто не знаю, что ты ведешь расследование с тех пор, как разбился Дэвид Брейн.
— То есть ты не хочешь, чтобы я отнимал у тебя время, отрицая этот факт.