— Я могу. — В голосе Бишопа не было прежней жесткости. — А ты?
— О, да.
Софи выпрямилась и встала. В утреннем воздухе до него долетел запах ее духов, когда она прошла к бару.
— Здесь есть бренди. Присоединишься ко мне?
Он смотрел, как Софи открывает дверцу; руки ее двигались легко и проворно. Несколько минут назад ей пришлось пережить второй шок за вечер, но она уже вновь прекрасно владела собой.
— С удовольствием, — ответил Бишоп и поднялся, все так же глядя на нее и восхищаясь тем, как уверенно Софи наполняет рюмки.
Она повернулась к нему.
— О чем ты задумался, Хьюго?
— Восхищаюсь твоим великолепным самообладанием.
Легкая улыбка тронула ее губы.
— Женщина должна владеть собой, — ответила она, — если не хочет погибнуть.
Ход пятнадцатый
Тихо заурчал двигатель серого «роллс-ройса», свет фар скользнул по фасадам домов, и машина повернула к памятнику герцогу Веллингтону, потом двинулась вдоль Найтсбридж.
Полицейский «форд», резко набрав скорость, поравнялся с «роллс-ройсом» и пошел с ним рядом. Звук сирены заставил Бишопа повернуть голову. «Форд» проехал вперед и замедлил ход. Из окна высунулась рука в форменном рукаве и знаками велела остановиться.
Бишоп проверил свою скорость — тридцать пять миль в час, и сбросил ее до нуля. Двигатели обеих машин замолкли. Из патрульной машины вышел человек и направился к «роллс-ройсу». Бишоп узнал подходившего.
— О, Фредерик, я уж думал меня заграбастали!
Фрисни остановился, глядя на Бишопа сквозь открытое окно машины.
— Привет, Хьюго, — сказал он. — Я подумал, что мы могли бы обменяться информацией, раз ты все равно не спишь. Или ты занят?
Из-за Сент-Джеймского парка до них донесся слабый звук курантов «Большого Бена» — полночь.
— Нет, не занят, — ответил Бишоп. — Кто кого повезет? Или мы здесь останемся?
— Мне вообще-то нужно ехать дальше, и я бы предпочел на своей машине. Оставим твою здесь, если не возражаешь.
Бишоп выбрался наружу и запер дверцу. Когда они с инспектором подошли к черному «форду», раздался позывной сигнал рации. Голоса зазвучали громче, когда они сели на заднее сиденье.
— Пятый! Пятый! — неслось из динамика. — Примите сообщение.
— Алло, пятый слушает! — ответил с переднего сиденья констебль. — Прием.
— Донесение из ночного клуба на Шумейкер-стрит. Мужчина, похожий на Струве, вышел из клуба пять минут назад и направился в сторону станции метро. Повторяю: пять минут назад в сторону метро. Он переходит под контроль девятого. Пятый, объединитесь с девятым. Посмотрите, что можете предпринять. Прием.
— Говорит пятый! Сообщение принял. Продолжаем движение по Шумейкер-стрит.
Разговор начался, когда они были на Найтсбридж, а закончился на полпути по Шумейкер-стрит, через милю, потому что машина сразу же двинулась на север, как только было названо место встречи.
Констебль повернулся и сказал, обращаясь к Фрисни:
— Это в трех милях от моста, сэр.
Потом он кивнул Бишопу:
— Добрый вечер, сэр.
— Добрый вечер, — ответил Бишоп и обратился к Фрисни — Так значит Струве вернулся в Лондон?
— Да, в Лондон. Это все, что нам известно.
Опять раздались позывные, командир патруля теперь вызывал девятого и повторял информацию о встрече с машиной Фрисни. Девятый находился на Молбридж-Роуд. «Форд» двигался к ночному клубу и через тридцать секунд должен был встретиться с другой машиной. С момента, когда человек, похожий на Струве, вышел из клуба, прошло шесть с половиной минут.
— И давно Струве появился? — спокойно спросил Бишоп.
— Сегодня вечером. За ним следили, пока он не вышел из аэропорта, потом потеряли. Он быстро исчез.
— С ним была женщина? Мелоди Карр?
— Да. За ее квартирой ведется наблюдение.
— Для чего Струве ищут?
— Для того, чтобы допросить.
Машина свернула в короткий переулок. В середине его ярко светилась вывеска ночного клуба. С противоположного конца переулка приближался полицейский автомобиль.
Констебль взял микрофон.
— Алло, говорит пятый. Нахожусь на Шумейкер-стрит. Встретились с девятым.
— Действуйте совместно, — последовал ответ.
Констебль и два полисмена из второй машины пересекли тротуар и вошли в клуб.
Фрисни посмотрел им вслед и повернулся к Бишопу.
— Мы вели Струве, как обычно, — не торопясь, заговорил он. — Ему позволили беспрепятственно покинуть аэропорт. Вскоре после того, как он нырнул куда-то и мы его потеряли, пришло сообщение из Монако. Спасатели обнаружили в гавани плавающий труп мужчины с пулей в голове. Прошло двенадцать часов с момента убийства. То есть застрелили его примерно в шесть утра.