- Кроме того! - заметно повеселев, радостно добавил он, и демонстративно взглянул на циферблат тяжелых наручных часов. - Осталось едва ли чуть больше часа для того, чтобы каждый желающий успел сделать ставку на победу той или иной команды. Пункты сбора ставок расположены по всему порту, так что никто не останется без заветного билетика. Я же уже сделал свою ставку, но она, разумеется, останется в секрете... За сим я имею честь сообщить вам, что Большая Международная Парусная Регата считается открытой!
Арчибальт Фенимор Дэнди дернул за короткий канатный язычок и ярко начищенный медный колокол огласил портовую пристань раскатистым звоном. На этот раз шквал аплодисментов затмила канонада самых настоящих корабельных пушек, грянувших с палубы старинного фрегата, и густые облачка порохового дыма медленно поползли над темной гладью Бристольского залива, поднимаясь к свинцовому небу и долго, неохотно рассеиваясь в сентябрьской прохладе.
- Поднять паруса! Отдать носовой! Отдать кормовые! - войдя в роль, громогласно подытожил президент клуба. - Полный вперед!
Капитаны яхт продублировали приказ "главнокомандующего" и члены команд бросились к своим постам. Нэнси едва ли успела вскользь коснуться гладковыбритой щеки Бенжамина, когда он прыгнул на палубу "Флинта".
- Удачи, мой капитан! - крикнула она вслед, и мужчина дернул рукой к виску, салютуя Нэнси в ответ из-под козырька форменной капитанской фуражки, и расплылся в широкой улыбке, едва сдерживаясь от смеха.
На мгновение приняв прощальную улыбку возлюбленного за издевку, что она остается на берегу, Нэнси нахмурилась. Но почти сразу же девушка заметила краем глаза, что рядом с ней возникли несколько ряженных пиратов. Незнакомые мужчины вытянулись по стойке "смирно", отдавая честь уходящей от берега парусной яхте "Флинт", а один из пиратов сорвал со своей головы треуголку и без особого разрешения нахлобучил ее на голову Нэнси.
Отдав швартовы, яхты неспешно вышли через Бристольский залив в открытое море к месту старта. Там они еще около часа ожидали судейское судно и, наконец, сигнальная ракета возвестила об официальном начале Большой Регаты. Огненный залп на фоне пасмурного неба был виден и в порту, что буквально взорвало собравшуюся еще с рассветом и уже уставшую толпу болельщиков ликующими криками и аплодисментами.
Нэнси игриво помахала на прощание платочком, хотя ни лодки яхт-клуба "Остров Сокровищ", ни самого Бенжамина Ганн она уже не могла рассмотреть вдали. Публика продолжила праздновать начало регаты в раскинутых в порту шатрах, предлагающих выпивку и незамысловатую закуску, а девушка безучастно пожала плечами и вернулась в гостиницу Бристоль Мэрриотт, дабы в спокойной обстановке насладиться аппетитным, традиционным английским завтраком.
После завтрака Нэнси зашла к себе в номер. За чашечкой ароматного эспрессо девушка некоторое время сидела около окна, любуясь предоставленным из гостиницы видом на Замковый парк, часть города и лесистые холмы на горизонте, до которых, впрочем, было не так далеко. Краски ранней осени уже коснулись крон деревьев, что придавало парку богатое, но меланхолическое умиротворение. Еще зеленеющие холмистые лужайки красочно сочетались с позолоченной листвой.
Впрочем, и вид самого города легко захватывал внимание. Дорожащие своей историей горожане бережно сохранили прежние строения, и теперь Бристоль игриво смешал в себе удивительный коктейль современной архитектуры из стали и стекла с отголосками каменной крепостной старины. То тут, то там возвышались над типовыми кубиками жилых и административных домов высокие башни и остроконечные шпили средневековых церквей.
Слева от Замкового парка протянулся глухой аппендикс канала Темпл Мидс, а окна домов на противоположном от парка берегу выходили к самой воде. Канал казался мелководным и спящим, но высокая каменная стена в десяток-полтора метров над уровнем болотно-грязной воды предупреждала о небезопасном соседстве и возможных наводнениях.
Здесь же в прогулочном, общественном парке расположились чудом сохранившиеся в веках руины, некогда представляющие собой церковь святого Петра. Казалось, что какая-нибудь принцесса, забытая незадачливым принцем или бестолковым драконом, вот-вот выглянет наружу из вытянутого оконца в центральной башне этой церкви. Свинцовое пасмурное небо добавляло мрачности одинокому заточению воображаемой принцессы, и Нэнси показалось, что это не она смотрит из окна гостиничного номера в Бристоль Мэрриотт на башню в руинах, а сама сидит в заточении и ждет своего вызволения.