К мимолетному удивлению Нэнси мужчины оказались ряженными пиратами, лихо рассекая воздух над головами короткими абордажными саблями и топорами. Огрызнулись огнем длинные стволы кремневых пистолей и мушкетов, обволакивая стреляющих густыми облаками порохового дыма. Полицейские ответили контр-атакой, стреляя в ответ на поражение. Поверженные жертвы с обоих противоборствующих сторон падали замертво, заливая кровью белесые дорожки и стриженный газон гостиничного комплекса. И все это действие становилось все более реалистичным и совершенно далеким от развлекательной, театрализованной постановки.
Прорвавшиеся ближе к зданию пираты пошли на штурм гостиницы, забрасывая на балконы морские "кошки". Каленные крюки с канатными веревками намертво цеплялись за стальные перила, разбивая стекло бортов. Один такой крюк зацепился и за борт веранды, где стояла Нэнси. Девушка отпрянула назад, на подсознании пятясь вглубь своего номера, когда чья-то сильная рука схватила ее в охапку и прижала к широкой, крепкой груди незнакомого мужчины. В нос Нэнси ударил резкий запах пота, лука и дешевого алкоголя, а косой взгляд выхватил витиеватый узор тематических морских татуировок, венчающих огромную лапу нападавшего.
Не долго думая, Нэнси резко ударила локтем в печень пирата. Сильные, прокачанные мышцы пресса легко приняли удар, но удушающая хватка все же заметно ослабла. Девушка со всей силы топнула пяткой по босой ноге мужчины, затем взмахнула локтем левой руки, припечатав тот в лицо пирата. Последний взвыл от боли, невольно убрав свою руку прочь. В следующую же секунду Нэнси наотмашь всадила кулаком правой руки в пах противника, заставив того согнуться пополам.
В следующую же секунду девушка развернулась и выдернула из набедренных ножен пирата его саблю, самого же мужчину отправив в дальний угол веранды сильным пинком.
Захваченное оружие пригодилось как нельзя кстати. В дверном проеме появился второй пират, внешне еще более огромный и страшный, чем первый. Покатые, широкие плечи бугрились мощными мышцами, грудь раздувалась от тяжелого дыхания, промокшая от пота просторная парусиновая рубаха едва ли не трещала по швам. Большую часть испещренного шрамами лица скрывала густая растительность жестких, рыжих с проседью волос, просоленных морской водой и неопрятно засаленных. Близко расположенные друг к другу глаза пирата горели злостным огнем, а широкие ноздри приплюснутого носа раздувались, как у взбешенного быка.
Отмахнувшись своей саблей, Нэнси отбила направленное на нее оружие пирата и, не оставляя тому шанса к новой атаке, резко ударила мужчину в нос ладонью. В меру своего роста, значительно заниженного перед широкоплечим верзилой, удар пришелся снизу вверх, чего и следовало ожидать. Из носа пирата хлынула кровь, заливая усы и бороду, окаймляющие разинутый рот с редкими, гнилыми зубами. Мужчина взвыл от боли и схватился свободной рукой за разбитое лицо, отшатнувшись прочь. Этого оказалось достаточно, чтобы девушка смогла проскочить мимо пирата и забежать в комнату гостиничного номера, но она так и замерла на пороге, вжавшись спиной к спине со своим же противником.
Острое широкое лезвие абордажной сабли третьего пирата прижалось к шее Нэнси чуть ниже скулы, а в лицо дыхнул смрад алкогольного перегара и гнили. Высокий, полуголый африканец оскалился заточенными, как у акулы, зубами и был готов отсечь девушке голову одним легким движением сильной, жилистой руки.
- Стой! Оставь ее мне! - требовательно приказал чей-то, казалось, знакомый голос.
- Да, капитан, - гнусно выдохнул чернокожий пират, но убирать лезвие своей сабли от шеи девушки не спешил.
- Подведите ее ближе, - продолжил тот, кого африканец назвал капитаном, но по-прежнему скрывающийся от взгляда Нэнси за широкой спиной пирата в сумраке комнаты. - Ты же будешь хорошей девочкой и не станешь сопротивляться?
Последние слова без сомнения адресовались Нэнси, и она утвердительно, едва заметно кивнула на сколько ей позволяла прижатая к шее сабля, с опаской вспороть кожу самой себе до крови.
Африканец убрал саблю прочь, но в тот же момент очнувшийся от болезненного удара в нос рыжебородый пират развернулся и властно схватил Нэнси за густую шевелюру волос всей пятерней. Он и подвел девушку, как собачонку на привязи, к капитану, удобно устроившемуся в кресле около темного, плоского экрана телевизора.