Так что следующие полчаса или около того Зориан следовал за Каэлом, непрестанно творя чары прорицания, и время от времени заглядывая в мысли окрестных зверей и птиц. Тайвен тоже использовала прорицания, освоенные за время петли, и лишь Каэл полагался только на зрение. Впрочем, учитывая его познания в местной флоре и фауне, он наверняка видел и понимал куда больше, чем Зориан и Тайвен.
Морлок постоянно останавливался, оглядывая очередной пенек или булыжник, и нередко подбирал какое-нибудь не значащееся в списке, но, видимо, тоже ценное магическое растение — или просто задумчиво смотрел, прикидывая что-то в уме. Их рюкзаки делал Зориан, внутри они были куда больше, чем снаружи, но, похоже, рюкзак Каэла уже едва вмещал все эти растения, банки с червями и жуками, а то и просто яркие камни — Зориан решительно не понимал, что в них такого. Даже если они не найдут то, что искали, с пустыми руками Каэл точно не останется.
Последние пять циклов им редко удавалось вот так неспешно погулять по лесу. Все были постоянно заняты — следуя составленным планам, изучая материалы, экспериментируя с экзотическими заклятьями и просто тренируясь. Особенно в этом цикле, последнем для носителей временных маркеров. Если не сумеют перенастроить их до конца месяца, они потеряют… да пожалуй что все.
И конечно, разговор в итоге свернул именно на эту тему.
— Это конец, так? — неожиданно спросил Каэл.
Зориан и Тайвен ответили противоречивыми взглядами. Пояснения не требовалось.
— Скажи честно, Зориан… Каковы шансы, что мы сумеем перенастроить маркеры до конца месяца? — продолжил Каэл, видя, что его внимательно слушают.
Зориан подавил вздох. Временные маркеры… На их изучение они в сумме потратили почти год, и добились заметных успехов. Они сумели отследить структуру маркеров и выяснить назначение многих его частей. Они сравнили их с постоянными маркерами Зака и Зориана. Они накладывали и удаляли временный маркер на других, чтобы оценить последствия. Они убедились что да, в маркерах действительно используется божественная энергия… и нашли способ с этим справиться. Ценой нескольких разорительно дорогих сделок с Кватач-Ичлом и бесчисленного множества уничтоженных божественных артефактов, они разработали способ обнаруживать и грубо манипулировать нитями божественной энергии. Не столь точно, чтобы добиться желаемого, но вполне достаточно, чтобы изменить части маркера и то, как плетения обычной магии взаимодействуют с божественной основой.
И всего этого было недостаточно. При всех их успехах, цель оставалась недосягаема.
Что хуже всего — проблема не казалась Зориану неразрешимой. Они продвигались. Они точно были на верном пути. Будь у них больше времени…
Смогли бы они справиться, будь у них на цикл больше? Нет. Даже трех дополнительных циклов вряд ли хватило бы. Но если бы у них было еще пять-шесть… если бы они были более сведущими в магии душ… если бы корона была не на голове у лича, а где-нибудь в более доступном месте… если бы они научились работать с божественными энергиями раньше…
Если бы.
— Нет, — наконец признал Зориан. — У нас нет шансов.
Некоторое время все трое шли молча.
— На самом деле, я даже не расстроилась, — сказала наконец Тайвен. — Раньше меня пугала сама мысль, что я исчезну, но теперь я свыклась с ней. Я даже умерла в одном из циклов…
О да, Зориан помнил это во всех подробностях. Боевой тролль оторвал Тайвен голову — на это было неожиданно больно смотреть, даже зная, что она вернется в следующем цикле.
— Ну, в смысле, я бы не хотела исчезнуть, — продолжила она. — Но мы сделали все, что могли, и это было весело. И если это все — так тому и быть.
— Поддерживаю, — сказал Каэл. — К тому же, если я правильно понял Зориана, осталось всего тринадцать циклов. Чуть больше года. Не так уж много и теряем.
— Вы так говорите, словно никакой надежды нет, — проворчал Зориан. — Даже как-то обидно. Пусть перенастроить временные маркеры и не получилось, но есть и другие способы выйти из петли. У нас был запасной план, не забыли?
— О? — оживилась Тайвен. — Есть другой план?
— Разумеется, — ответил Зориан. — Чем, по-твоему, мы занимались все это время?
— Ну, не знаю, — ухмыльнулась она. — Старая злобная ведьма все говорит, что вы впустую тратите время и работаете спустя рукава, так что…
— Сильверлэйк верит, что все остальные должны пахать, как големы, — фыркнул Зориан. — Как будто она сама не дает себе передышек и не работает с посторонними зельями.
— Я думал, с тем проектом все неопределенно, — заметил Каэл.
— Ну да, — нехотя признал Зориан. — Пока это только теория. Но это не значит, что ничего не получится. Сложно сказать наверняка, но, думаю, шансы переправить души в реальный мир — около семидесяти процентов, и где-то тридцать процентов — что мы сможем открыть пространственный переход и выйти в своих телах.
В ответ он получил нечитаемые взгляды. Последнее время ему стало сложнее различать их эмоции — они оба научились неструктурированным ментальным щитам. Вообще-то это касалось всех путешественников — оценив ментальные возможности Зориана, все спешно стали учиться защите. Даже те, кто и так умел поддерживать неструктурированные щиты, поспешили усилить их насколько возможно.
Вполне понятное желание, доверяй, но проверяй. Даже хороших людей лучше без нужды не искушать. Так что Зориан поддержал их решение — тем более, что аранеа не считали зазорным залезть в незащищенный разум, а путешественники тесно работали с несколькими группами паучих.
— Если из петли можно выйти лишь отобрав тело у оригинала, то я лучше останусь здесь, — покачал головой Каэл. — А если сможем выйти физически — то лишь если Кана сможет пойти со мной. Если нет — я останусь с ней до конца.
Зориан открыл было рот, но сообразил, что для физического переноса маркер не важен. Если они смогут открыть путь — какая разница, кто помнит сколько циклов.
Не захотят ли остальные взять с собой членов семьи? Это… может стать проблемой.
— Эм, я, наверное, согласилась бы выйти и душой, если б это было возможно, — неуверенно сказала Тайвен. — Ну, то есть, мне жаль старую Тайвен, но, если честно… она ведь дурочка.
Зориан едва успел подавить улыбку.
— На самом деле, мне это не под силу, — сказала Тайвен. — Я даже не смогу выжить после зелья духовного зрения Сильверлэйк, что уж говорить о захвате тела. Так что да, физический перенос — мой единственный шанс.
Зориан медленно кивнул. Вообще-то это касалось большинства путешественников. Те, кто не имел опыта магии душ, просто не переживут духовного переноса. Те же, кто владел магией душ — будут уничтожены оригиналами при попытке захватить тело. Кроме самого Зориана, шансы были только у Каэла, Ксвима и Лукава. И Ксвим, как и Каэл, уже отмел мысль отнять жизнь у самого себя.
— Мы и планируем именно физический перенос, — сказал Зориан. — Перенос душ — вариант на крайний случай.
— Да, но ты сам сказал, что шансы невелики. Даже не пятьдесят на пятьдесят, — напомнила Тайвен. — Так что да, надежда есть, но какая-то тусклая. Ты еще, поди, приукрасил расклад, чтобы нас успокоить?
— Ничуть не приукрасил, — помотал головой Зориан. — Скорее приуменьшил шансы. Думаю, у нас получится.
— Меня кое-что смущает, — сказал Каэл. — Мы столько сил отдали, чтобы вырваться из петли, но что будем делать, если у нас получится? Если мы выйдем в реальный мир со всеми новыми знаниями и умениями?
— Защитим Сиорию от вторжения? — предложила Тайвен, подняв бровь.
— Ну да. А потом что? — спросил Каэл. — У нас впереди целая жизнь, но мы в ней лишние. Бросишь семью и друзей, начнешь все с нуля? Или плюнешь на последствия и полезешь в старую жизнь? Что, если кто-то доложит властям? Как ты объяснишь, что тебя стало две?
Тайвен зябко поежилась.
— Не знаю, — призналась она, прикусив губу. — Честно говоря, я стараюсь не думать об этом. Я довольно импульсивна, так что даже если приму решение — могу его потом нарушить. Так что нет смысла об этом думать. Надеюсь, когда придет время, я что-нибудь придумаю. Я не хочу поломать жизнь старой Тайвен, но… не знаю. А вы как?