— Тем более, — уже куда спокойнее добавил Милар. — Они не пережили и толики того, что пережил ты. И все пятнадцать — обычные люди. А не полукровки Матабар. Так что в любой рисковой ситуации они будут бояться повредить себе что-нибудь.
— А я что — не буду?
— А тебе зачем?
Ардан чуть было не задохнулся от возмущения.
— Может потому, что у меня все еще в крови яд того мутанта⁈
— Ну это не значит, что у тебя реакция замедлилась или зрение ухудшилось, — спокойно заметил Милар. — А то, что заживать дольше будешь… ну так, господин маг, то, что немного помнет тебя, другого сломает пополам. Про это-то тоже не забывай.
Ардан просипел ругательство на языке Фае, затем добавил орочий аналог, после чего, подумав, закончил тираду парой эльфийских, крепких выражений.
— Полегчало? — спросил Милар.
Арди задумался.
— Нет, — честно признался он.
— Вот и отлично, — кивнул капитан. — Будешь собранней. А теперь давай, покажи им там… ну и не разложись напополам.
— Милар!
— Это я так, подбадриваю, — закивал капитан Пнев.
Ардан хотел было сказать что-то резкое, но тут по ушам резанул пронзительный свисток. Пилоты бросились к своим автомобилям, и Ард, без особого желания, шаркая странной формы сапогами, раскачиваясь в скрипучем комбинезоне, присоединился к их числу.
— Не забывай, — напутствовал Дагдаг… стуча гаечным ключом по какой-то детали. О Спящие Духи — он стучал ключом! — Сбрасываешь скорость перед поворотом, а ускоряешься при начале выхода из него! Колесо всегда старайся прижимать к границе поворота, в который закладываешь руль. Левое к левому, правое к правому! А еще помни, что мое творение быстрейшее на прямой. Так что твой козырь — прямые участки. Не упусти.
— Ага, — только и сказал Ард и запрыгнул внутрь корпуса.
В какой-то момент Дагдаг отказался еще и от двери, так что жестяная банка (как про себя называл автомобиль Ардан) стала и вовсе монолитной.
— Пилоты! — гаркнул в рупор конферансье. — Завести двигатели и выехать на стартовую полосу!
Ардан повернул ключ зажигания, выжал сцепление и…
— Кажется в шестнадцатом ангаре проблемы! Пилот дернул и заглох.
Ард прикрыл глаза, выдохнул и повторил процедуру. Двигатель, больше напоминающий какую-то бешеную зверюгу, зарычал, и автомобиль тронулся с места.
— Разложится ведь, — прозвучало за спиной.
— Скорее всего да, — не стал отрицать Милар.
— Эй, я вас слышу! — попытался докричаться Ардан, но звук его голоса потонул в реве мотора и вибрациях корпуса.
— А ты его предупредил о нашем плане?
— Нет, Дагдаг, не предупредил, иначе бы он и не согласился.
— Эй… — протянул Ардан, уже выруливая на прямую линию, куда выезжали остальные пятнадцать пилотов.
— Резонно… но некрасиво, капитан.
— Такая работа, лейтенант.
— Что еще за план⁈ — Ардан попытался обернуться к говорившим, но из-за этого едва не врезался в соседнего пилота, за что получил:
— Следи куда едешь, новенький! — без особой злобы, но с явным раздражением выкрикнул сосед Арда.
Тому действительно пришлось сосредоточиться на треке.
Шестнадцать автомобилей выстроились на стартовой полосе, и каждый из них рычал как-то по-своему. Кто-то утробно, другие хрипло, надсадно, как шестнадцать голодных зверей, запертых в клетках из стали и заклепок, ожидающих того единственного мгновения, когда дверца распахнется и можно будет, наконец, вцепиться зубами в горло ветру.
Ард сидел в своей жестяной банке и ждал начала. Скрипя перчатками, он тер ладонями о руль. Ему принадлежала четырнадцатая стартовая позиция из шестнадцати, потому как те распределялись по итогам квалификационных заездов, а его квалификация, мягко говоря, не впечатлила. Он так сильно вцепился в руль, что даже сквозь перчатки Дагдага побелели костяшки.
Перед ним, слева и справа, раскинулся трек. Широкая полоса утрамбованного гравия, обрамленная низкими каменными блоками и мешками с песком на поворотах. Она уходила вперед длинной прямой, а затем ныряла вправо, в первый из шести поворотов, обозначенный красно-белыми полосатыми столбами. Трибуны, набитые несколькими сотнями зрителей, нависали над треком деревянными ярусами, и оттуда доносился гул голосов, перемежаемый свистками и звоном жестяных кружек.
— Дамы и господа! — загремел конферансье, и его голос, усиленный рупором, прокатился над треком, как гром перед грозой. — Пилоты на стартовых позициях, двигатели заведены и готовы к бою! Напоминаю — десять кругов по стандартным правилам, и пусть победит достойнейший!