Ардан скосил взгляд вниз и быстро прочел:
«Тесс Орман — дочь военной аристократии меняет свои долг и честь на ранг бульварной певички»
А ниже маячила черно-белая фотография, запечатлевшая тот момент, когда Тесс пела для него премьерную песню, развернувшись к нему лицом, а к залу боком. Наверное, еще полгода назад Ардан бы если не вспылил, то точно почувствовал, как десны терзают удлиняющиеся клыки, но…
Он собственными глазами видел, как зал встречал и, самое главное, провожал Тесс и её музыкантов. Если в чем Пижон и был прав, так это то, что не пройдет и нескольких лет, как вся страна будет знать имя Тесс Орман.
Или, что действительно пугало Арда, скорее они будут знать — Тесс Эгобар.
Но все это потом. Не сейчас. Сейчас Арди всецело занимал такой простой и такой, в то же время, странный вопрос. Понизив голос до шепота, он посмотрел в лицо Иолаю и спросил:
— Зачем ты все это делаешь?
Великий Князь постучал ладонью по газете и, так же шепотом, с неприкрытой злобой и отвращением, ответил:
— Затем, что могу, — и, натягивая на лицо приветливую улыбку, пошел дальше по коридору.
Его прихлебатели-бароны и госпожа-лорд (делая вид, что в упор не замечает Арда) отправились следом. Одна только Эвелесс задержалась ненадолго. Достаточно, чтобы Арди успел сказать:
— Госпожа Эвелесс, я хотел изв…
А она успела ответить:
— Не разговаривай со мной, отродье Темного.
И, вздернув точеный нос, поспешила за Иолаем. Ардан, покачав головой, чуть устало вздохнул. Кажется у него добавились очередные проблемы… интересно, если бы он успел извиниться за тот случай, это что-то поменяло бы или нет? Увы, ответа он уже не узнает.
Чтобы не сообщали уравнения Паарлакса — история не знала сослагательного наклонения.
— А я смотрю, ты не устаешь веселиться, ковбой.
Подошедший сзади Бажен похлопал Арда по плечу. Арди, провожая знатную процессию немного отстраненным взглядом, повернулся к Иорскому. Тот не изменял себе. Немного растрепанный, в помятой одежде, со следами чужих губ в тех местах, которые в приличном обществе старались скрыть за высоким воротником сорочек, а еще пахнущий дешевым алкоголем и чужими постелями.
Ардан всегда удивлялся тому, как Иорский умудрялся совмещать бесконечный кутеж на студенческих вечерниках, службу в Черном Доме и учебу в Большом, где неизменно демонстрировал отменные результаты в Звездной юриспруденции. Хотя, если Арди справлялся с собственным расписанием, то, значит, и другой человек имел возможность совладать с равной загруженностью.
— Ты позлорадствовать пришел? — снимая руку приятеля со своего плеча, спросил Ардан.
— Отчасти — да, — тут же, легко и непринужденно, подтвердил Бажен. — Но, скорее, потому что понял, что если промедлю еще немного, то в следующий раз ты решишь не к чужому посольству наведаться, а… не знаю. Войну развязать или еще какую-нибудь дрянь. Я вот что думаю, ковбой, может у тебя тяга к разрушения чисто наследственная проблема?
Ардан только скривился и молча направился в сторону лестниц.
— Да ладно, ладно тебе, — послышался глухие удары каблуков за спиной. — Я по делу, ковбой.
— По тому делу, в котором ты, наконец, рассчитаешься со мной за те две ставки? — напомнил Арди.
Бажен все еще не отдал ему его долю с происшествия, связных с бароном Керимовым и Великим Князем Иолаем Агровым.
— В принципе, и с этим тоже, — Бажен обогнал Арда и достал из кармана пиджака скомканный, серый клочок бумаги.
Старательно расправив записку, Иорский, с видом человека, только что единолично прорвавшего Фатийский фронт, протянул её Арду. Юноша вчитался в написанное корявым, не очень понятным почерком:
«Район Первородных, улица Ансанэйми, д.45/3/2»
Сердце Арда от предвкушения пропустило удар.
— Ты нашел место?
— Нет, ковбой, — сверкнул блистательной улыбкой Бажен. — просто написал, наобум, адрес в районе твоих наполовину-соплеменников. Конечно нашел! Я же говорил, что найду!
— И как там?
Улыбка Бажена померкла так же быстро, как и вспыхнула.
— Ну, знаешь ли…
— … знаешь ли, могло быть и хуже, — скрестив руки на груди, констатировал Бажен.
Ардан, открыв рот, молча переводил взгляд с Бажена на здание, которое тот выбрал, и обратно.